Как выглядит танк т 35. Служба и боевое применение. Средства наблюдения и связи

Подписаться
Вступай в сообщество «servizhome.ru»!
ВКонтакте:
Все началось еще в двадцатых годах. Молодой Советский Союз отлично понимал, что просто так его в покое не оставят, и строил - в том числе танковые. Делать это приходилось практически с нуля. Имелись, конечно, иностранные танки, захваченные у белых, но они стремительно устаревали, поэтому требовалось создавать что-то свое.

Самым сильным оружием советских бронетанковых войск должен был стать, как тогда говорили, «позиционный танк» - то есть тяжелый. Требования к нему были такие: 60–70 тонн, способность проезжать через четырехметровый ров и ширина, позволяющая возить танк как по русским, так и по европейским железным дорогам. Комиссия тщательно присматривалась к сверхтяжелым танкам других стран - купить лицензию и наладить производство всегда проще, чем начинать полностью оригинальную разработку. Но достойный кандидат так и не нашелся.

Время шло, а по-настоящему грозного танка у Красной Армии все не появлялось. Тогда, в 1929 году, решили использовать Великую депрессию, резко понизившую уровень жизни в западных странах. Выписали из Германии группу немецких инженеров во главе с конструктором Эдвардом Гроте. Он-то и разработал сразу несколько танков - от 25 до 100 тонн. Они были хороши, особенно детально проработанный 25-тонник. Но у немцев никак не получалось добиться разумной стоимости единицы, необходимой для массового производства: 25-тонный танк Гроте обходился в 1,5 млн - как 25 легких Бт-2. Это было слишком!

Тогда было решено взять отечественных конструкторов, поднабравшихся опыта у того же Гроте, совместить этот опыт с изучением закупленных в конце 1929 года образцов зарубежных танков и создать свою тяжелую машину. Работы над ней и начались в августе 1932 года.

Облик гиганта

Танк получил индекс Т-35 - предполагалось, что он будет весить 35 тонн. Массу эту, однако, выдержать не удалось - на первых прототипах она уже составляла 38 тонн, затем скакнула до 42, а позже машина «поправилась» аж до 50. Это, впрочем, компенсировалось впечатляющей боевой мощью. Пять башен, 76-мм орудие (позже его поменяют на другое такого же калибра, как на танке Т-28), две 37-мм пушки (потом их заменят «сорокапятками») и четыре пулемета (позже - семь).

Интересным решением была и пневматическая система управления, сильно облегчавшая работу мехвода. С ней, правда, вышло не очень хорошо - она, конечно, обеспечивала рычагам столь желанную легкость, но постоянно капризничала и ломалась. Поэтому пошедший в серию танк ее был лишен. Результатом стала типичная для отечественных машин того времени «дубовость» управления. Но это была неизбежная плата за повышение надежности.

Позже, в 1935 году, танк попробуют серьезно улучшить. Во-первых, захотят создать вдвое более мощный дизель на 800 лошадиных сил. Во-вторых, начнут разработку системы управления огнем наподобие морской. Все-таки пять башен на двух ярусах стреляют слишком хаотично. Увы, ни одно из этих благих начинаний не будет осуществлено - у подрядчиков всегда будут находиться более важные заказы или создаваться препятствия непреодолимой силы.

Массовое производство

Собирать Т-35 решили на Харьковском паровозостроительном заводе. Первый серийный танк был готов 7 ноября 1933 года - аккурат к празднику. Правда, на заводе он приживался плохо - виной тому стала корректировка плана, спущенная сверху в 1934 году. Теперь харьковчане должны были делать 10 машин в год вместо 30. И, видимо, с руководством завода случилось нечто вроде эффекта обманутых ожиданий. По крайней мере, с этого времени Т-35 превратился из желанного ребенка в нелюбимого пасынка.

Доходило до того, что инспекторы из Москвы жаловались на директора завода, который «…всячески дискредитирует машину». Энтузиазм работников и ресурсы направлялись в другие проекты, что не могло не сказаться на темпах выпуска Т-35. Так, например, в 1935 году был начисто сорван 9-месячный план - из пяти предполагавшихся танков завод не сдал ни одного. Правда, тут еще прибавлялись проблемы со смежниками - мариупольский завод не смог поставить нужного количества брони, а рыбинский - двигатели.

Неудивительно, что за годы массового производства удалось построить всего 59 машин. Выпуск Т-35 был прекращен по итогам испанской гражданской войны. Выяснилось, что броня в 20–30 мм уже недостаточна против современной противотанковой артиллерии. Нашему герою пытались продлить жизнь, попробовав увеличить бронирование до 40–55 мм, но это начинание провалилось - вес гиганта при этом вырос бы до совсем уж неприличных величин.

Война

Первым и единственным конфликтом Т-35 стала Великая Отечественная. И тут, конечно, сошлись сразу несколько факторов. Во-первых, устаревание самого гиганта. Недостаточное бронирование плюс отсутствие резервов для модернизации делали его максимально уязвимым - при таких-то размерах! Во-вторых, сама кампания лета 1941 года сложилась для Советского Союза крайне неприятно - в таких условиях массово горели не только «тридцать пятые», но и и КВ.

Последний фактор резко увеличивал количество небоевых потерь. Хаос лихорадочных контрударов «наугад» в попытках хоть как-то среагировать, пока не стало поздно, приводил к длительным маршам. И техника неизбежно ломалась. Да и неопытная в больших войнах Красная армия уделяла неоправданно малое внимание обеспечению танковых войск. В результате к полю боя не подвозилось нужное количество запчастей, не были достаточно хорошо и полно организованы службы ремонта и эвакуации.

Поэтому многие Т-35 попросту бросали. Единственное, что могли сделать попавшие в такую ситуацию экипажи, - снять с танков легкое вооружение и оптику и закопать их в надежде вернуться за ними в скором времени, когда «наши погонят немцев обратно».

Те Т-35, что доезжали до боя, рано или поздно гибли под ударами превосходящих сил противника, но сопротивлялись достойно. Так, например, они участвовали в успешной контратаке под населенным пунктом Верба 29 июня 1941 года. Немцы были вынуждены временно отступить оттуда, причем Т-35 были приняты ими за гораздо более серьезные КВ. Что ж, не только нашим путать «Фердинанды» с любыми другими САУ с рубкой в задней части корпуса.

Несколько Т-35 сохранялись в частях Красной Армии и до битвы за Москву, но использовались там лишь в учебных или пропагандистских целях. Один захваченный немцами гигант был отправлен в Германию, где его какое-то время гоняли по полигону. Существует версия, что в 1945 году он успел поучаствовать в бою против наступающих советских войск, но споры о ее реалистичности ведутся до сих пор.

Немного о многобашенных танках

Т-35 - тяжёлый танк 30-х годов, выпускавшийся в СССР. Является единственным в мире пятибашенным танком серийного производства (в период с 1933 по 1939 годы была произведена 61 машина). Был самым мощным танком Красной армии 30-х годов. До 1941 года не участвовал в боях, однако использовался во время военных парадов, являясь зримым воплощением военной мощи Советского Союза. Т-35 участвовал в боях начального этапа ВОВ, однако довольно быстро были потеряны, но, согласно имеющимся отчетам, в основном из-за возникающих неисправностей.

Работы над тяжёлым танком в СССР начались ещё в конце 20-х годов, но отсутствие у отечественных конструкторов необходимого опыта в данной области не позволяло разработать полноценную боевую машину. Выходом из сложившейся ситуации стало приглашение немецких конструкторов под руководством Эдварда Гротте, которые в 1930 г. прибыли в Советский Союз и совместно с молодыми инженерами начали проектировать тяжёлый танк. И хотя танк ТГ созданный под руководством Гротте в серию не пошёл, советские конструкторы смогли получить бесценный опыт, который был использован при проектировании отечественных тяжёлых боевых машин.

После того как были прекращены работы над танком ТГ КБ, в состав которого входили работавшие с Гротте советские инженеры под руководством Н. В. Барыкова приступили к разработке собственного тяжёлого танка. Задание было выдано Управлением механизации и моторизации Рабоче-крестьянской Красной армии и в нем говорилось: «К 01.08.1932 года разработать и построить 35-тонный танк прорыва типа ТГ». Во время проектирования танка Т-35 конструкторы использовали полуторалетний опыт работы над танком ТГ, результаты испытаний немецких «Гросстрактор» под Казанью а также материалы комиссии по закупке бронированной техники в Великобритании.

Сборку первого прототипа, который получил обозначение Т-35-1, окончили 20 августа 1932 г. а 1 сентября танк показали представителям УММ РККА. Вес танка составляла 42 тонны, толщина брони - 30-40 миллиметров, в вооружение входили: одна 76-миллиметровая и две 37-миллиметровые пушки (вместо 76-мм орудия на Т-35-1 был установлен макет), и три пулемёта. Экипаж танка состоял 10-11 человек. Габариты танка: длина 9720 мм; ширина 3200 мм; высота 3430 мм. Запас хода 150 км (по шоссе). 500-сильный двигатель М-17 позволял развивать танку скорость до 28 километров в час. Удельное давление на грунт составляло менее 0,7 кг/см². Опорные катки сгруппировали попарно по три тележки на один борт. Верх главной башни имел округлую форму.

Т-35-1 во время испытаний прошедших осенью 1932 года показал хорошие результаты и удовлетворял военных, однако было отмечено несколько недостатков в силовой установке танка. Кроме того, конструкция пневматических приводов управления и трансмиссии была слишком сложной и дорогостоящей для массового производства. Конструкторам предложили доработать проект по выявленным недостаткам, усилить вооружение а также провести унификацию некоторых деталей (например, главной баши) со средним танком Т-28.

Танковое производство завода «Большевик» в феврале 1933 г. выделили в отдельный завод № 147 им. К. Е. Ворошилова, при этом КБ Барыкова переформировали в ОКМО (Опытно-конструкторский машиностроительный отдел), который приступил к доработке Т-35-1.

Второй образец, получивший обозначение Т-35-2, был собран в апреле 1933 г., а 1 мая его привлекли для участия в параде на площади Урицкого (бывшая Дворцовая) в Ленинграде. Танк от Т-35-1 отличался, не только главной башей, но и установкой другого двигателя, формой фальшборта и некоторыми другим мелкими деталями.

Параллельно в КБ вели разработку чертежей серийного танка Т-35А. Танк Т-35А имел значительные отличия от Т-35-1(2). Ходовая часть была удлинена на одну тележку, малые пулемётные башни имели другую конструкцию, средние башни, имеющие увеличенную форму, оснащались 45-миллиметровыми пушками 20К, форму корпуса изменили, кроме того имелись и другие менее значительные отличия. Всё это стало причиной трудностей при изготовлении, поскольку танк Т-35А, по существу, являлся совершенно новой машиной.

Серийное производство танка Т-35 было поручено Харьковскому паровозостроительному заводу им. Коминтерна. Работу по улучшению танка начали в 1932 г. Руководителем работ стал Н. В. Цейц. 11.08.1933 г. Т-35 приняли на вооружение а с 1934 танк начал поступать в войска.

В 1933 г. выпустили 2 серийных образца, в 1934 начали к мелкосерийное производство. В различные годы было выпущено следующее количество танков: 1933 - 2; 1934 - 10; 1935 - 7; 1936 - 15; 1937 - 10; 1938 - 11; 1939 - 6.

Всего же с 1933 по 1939 годы было выпущено 2 прототипа и 61 серийная машина.

Во время производства в конструкцию множество раз вносились изменения. Например, в 1937 г. была увеличена толщина бортовых, нижнего и верхнего лобовых листов, броня башен и кормы стала изготавливаться из 23-мм бронеплит; мощность двигателя была повышена до 580 л. с.; вес танка возрос до 52, а затем и до 55 тонн. Число членов экипажа - от 9 до 11 человек. Последние шесть машин, выпущенные в 1938-1939 гг., имели башни конической формы, улучшенные уплотнения корпуса и изменённую конструкцию бортовых экранов. Также были усилены элементы подвески.

Конструкция танка

Т-35 являлся тяжёлым танком классической компоновки, пятибашенным, с двухъярусным расположением пушек и пулемётов. Бронирование танка было адекватным для времени его создания (необходимо отметить, что она не уступало и большинству танков начального периода Второй мировой войны), однако для выполнения задачи прорыва к началу войны его было недостаточно.

Танка имел корпус коробчатой формы, сложной конфигурации. Корпус сваривался (частично клепался) из бронелистов толщиной 10 - 50 миллиметров. Толщина брони танка Т-35 в основном составляла 20 миллиметров (низ лобовой части, борта и корма). Башни выполнялись из брони толщиной 25-30 миллиметров. Слева в носовой части корпуса был выполнен смотровой люк механика-водителя имеющий смотровую щель, прикрытую стеклоблоком. Во время марша люк мог оставаться открытым (открывание производилось вверх, для фиксации служил винтовой механизм). Для входа/выхода механик-водитель использовал люк в крыше корпуса, расположенный над его рабочим местом. Первоначально люк изготавливался как двухстворчатый, но позднее был заменен одностворчатым складным. Поздняя модификация танка, имеющая конические башни имела овальный люк, выполненный по аналогии с конструкцией башенного люка БТ-7. Главная башня имела шестигранный пьедестал - так называемый «шестигран». По его бокам располагались ящики, предназначенные для размещения приборов создания дымовой завесы. Позади кормовых башен были выполнены воздухозаборные жалюзи, которые прикрывались бронеэкранами, а также люк доступа к двигателю. Глушитель располагался позади люка. В верхнем листе кормы было выполнено круглое отверстие, предназначенное для установки вентилятора. Отверстие прикрывалось съёмным бронеколпаком, имеющим жалюзи.

Главная башня Т-35 и башня танка Т-28 первых выпусков были идентичными по конструкции (вплоть до момента введения конических башен у главной башни не было шаровой штатной установки кормового пулемёта). Она имела цилиндрическую форму и развитую кормовую нишу. В передней части на цапфах устанавливалось 76-миллиметровое орудие, справа от него размещался пулемёт. Для удобства экипажа башню оснащали подвесным полом.

Конструкция средних башен идентична башням танка БТ-5, однако без кормовой ниши. Форма башен цилиндрическая, с двумя люками для доступа экипажа. 45-миллиметровая пушка и пулемёт, спаренный с ней, устанавливались в ее передней части.

Тяжёлый танк Т-35

Малые пулемётные башни имели такую же конструкцию, как и пулемётные башни танка Т-28, однако, в отличие от них, были оснащены кольцевыми рымами, используемыми при демонтаже. Цилиндрические башни в носовой части имели смещённым вправо выступом. В ее лобовом листе размещался пулемёт ДТ в шаровой установке.

Последние серийные танки Т-35 имели конические башни, при этом конструкция их главной башни была идентична башне Т-28.

Вооружение

Вооружение Т-35 размещалось в расположенных в два яруса пяти башнях. В центральной башне была установлена 76,2-миллиметровая пушка КТ-28 образца 27/32 годов (планировалось что будет установлена ПС-3), которая являлась танковым вариантом полковой пушки обр. 1927 г. Ствол длиной 16,5 калибра. Начальная скорость боеприпаса - 381 метров в секунду. В качестве прицельных приспособлений использовался танковый перископ обр. 1932 г. и телескопический прицел обр. 1930 г. Справа от пушки монтировался пулемёт ДТ в шаровой независимой установке. В нише башни была выполнена щель для бугельной установки второго пулемёта ДТ. Щель закрывалась специальной бронезаслонкой. На некоторых танках для установки кормового пулемёта использовалась стандартная шаровая установка. Также, на люке башни при помощи турельной установки устанавливался ещё один ДТ, используемый для ведения огня по воздушным целям.

Пара 45-миллиметровых пушек 20К обр. 1932 г. устанавливалась в малых пушечных башнях, которые были расположены по диагонали (справа-впереди и слева-сзади). Начальная скорость бронебойного снаряда составляла 760 м/с. Пушки спаренные с пулемётами ДТ закреплялись на цапфах в подвижных бронировках. В пулемётных башнях, расположенных по диагонали (слева-впереди и справа-сзади) служили для установки пулемётов ДТ.

Боекомплект состоял из: 96 выстрелов к 76-миллиметровой пушке, 220 выстрелов к 45- миллиметровым пушкам и 10 тыс. патронов к пулемётам.

Таким образом, Т-35 был вооружен приблизительно как один средний танк Т-28 и два лёгких танка Т-26.

Двигатель и трансмиссия

V-образный двенадцатицилиндровый карбюраторный двигатель М-17 имеющий жидкостное охлаждение, был установлен в задней части корпуса. Мощность двигателя при 1450 оборотах в минуту составляла 500 л. с. Это позволяло танку развивать скорость до 30 км/ч по трассе и около 12 км/ч на пересеченной местности. Топливными баками ёмкостью 910 литров обеспечивался запас хода до 150 км по шоссе. Двигатель и механическая пятискоростная коробка передач соединялись через главный фрикцион. Механизмом поворота служили бортовые фрикционы, имеющие ленточные тормоза.

Ходовая часть

Каждая сторона гусеничного движителя состоял из: восьми обрезиненных опорных катков небольшого диаметра, шести поддерживающих катков имеющих резиновые шины, направляющих колёс оснащенных винтовым механизмом натяжения, ведущих задних колёс имеющих съёмные зубчатые венцы, мелкозвенчатых гусеничных цепей с открытым шарниром и скелетообразными траками. Траки соединялись пальцами, которые стопорились при помощи шплинтов. Между передними опорными катками и направляющими колёсами устанавливались натяжные ролики, которые предотвращают прогибы передних ветвей гусениц во время преодоления вертикальных препятствий.

Подвеска - блокированная, в тележке по два катка; подрессоривание при помощи двух спиральных пружин. Ходовая часть закрывалась 10-миллиметровыми бронеэкранами. Танк был способен преодолевать подъёмы до 36°, брод глубиной 1,2 м, вертикальные стенки высотой 1,2 м, рвы шириной 3,5 м. Удельное давление на грунт – 0,78 кг/см². На маневренности танка неблагоприятно сказывалось большое значение отношения его длины к ширине (> 3).

Электрооборудование

Танк оснащался радиостанцией 71-ТК-1, имеющей поручневую антенну вокруг главной башни, телефонным переговорным устройством на семь абонентов, системой дымопуска. Электрооборудование выполнялось по однопроводной схеме с напряжением сети 12В.

Размещение экипажа

Во время производства количество членов экипажа танка Т-35 колебалось от 9 до 11 человек, в зависимости от конструктивных особенностей конкретной серии. В большинстве случаев размещение экипажа выглядело так. В верхней – главной башне, которая была унифицирована с башней Т-28, размещалось три члена экипажа: командир (также выполняющий функции наводчика), пулемётчик, и радист (также выполняющий функции заряжающего). В двух башнях, в которых устанавливались 45-миллиметровые пушками, находилось по два человека - пулемётчик и наводчик, в пулемётных башнях - один стрелок. Главная башня от остальной части боевого отделения отгораживалась перегородкой. Задние и передние башни сообщались между собой попарно. Между гусеницами в передней части танка находилось отделение управления, в котором размещался механик-водитель (имел ограниченный обзор из-за того, что ветви гусениц сильно выступали вперёд, зачастую машиной управляли практически вслепую).

Боевое применение и служба

Первые танки Т-35 соответствовали оперативно-техническим требованиям, которые предъявлялись к тяжёлым танкам РККА. Кроме того, огневая мощь Т-35 превосходила мощь любых танков мира. Пять пулемётов (располагались в пяти вращающихся башнях) и три пушки обеспечивали круговой массированный огонь во всех направлениях одновременно, что давало определённые преимущества при борьбе с пехотой противника в глубине его обороны. Однако это стало причиной усложнения конструкции и потребовало увеличения количества членов экипажа. Тягово-динамические качества танка были недостаточны, что особенно сказывалось при повороте. Совокупность данных недостатков не позволяла в полной мере выполнять задачи, которые ставились перед тяжёлым танком. Большое количества башен было причиной того, что командир не мог осуществлять эффективное управление огнём. Слабое бронирование было причиной того, что танк был уязвим для артиллерии, а низкая подвижность и огромные размеры делали его прекрасной мишенью.

Было понятно, что необходима новая концепция тяжёлого танка. Экспериментальные танки СМК, и Т-100 создавались в рамках данной новой концепции. Танк КВ стал родоначальником первой удачной советской серии тяжёлых танков.

Таким образом, Т-35 к 1941 году морально устарел, но с вооружения его не сняли. По состоянию на 22.05.1941 г., в Красной армии насчитывалось 48 танков Т-35, которые стояли на вооружении шестьдесят седьмого и шестьдесят восьмого танковых полков тридцать четвертой танковой дивизии Киевского ОВО. Другие находились в распоряжении испытательных полигонов и военных учебных заведений. Все Т-35, которые имелись в распоряжении 34-й танковой дивизии, находились в районе Равы-Русской к началу войны и были практически сразу же потеряны. При этом всего 7 машин потеряли непосредственно в боях, 6 были в ремонте на момент начала военных действий, а другие 35 вышли из строя из-за неисправностей, сломались во время марша и были уничтожены или брошены экипажами. Последнее применение двух Т-35 - в битве под Москвой. Интересно, что существует большое фотографий брошенных танков Т-35, которые сделали немцы - простым солдатам и танкистам панцерваффе нравилось фотографироваться около «чуда враждебной техники».

В первые недели ВОВ полностью исправный и вероятно оставленный из-за нехватки топлива танк Т-35 был отправлен немцами на полигон в Куммерсдорфе, где его тщательно изучили немецкие инженеры. При этом они отмечали, что существуют трудности с транспортировкой машины - танк в железнодорожный габарит не вписывался, а переключение рычагов невероятно тяжёлое и изнурительное дело. Дальнейшая судьба данного танка неизвестна. Последним случаем боевого применения танка Т-35 было использование немцами в конце апреля 1945 г. одного трофейного Т-35 во время обороны Берлина. Данную машину перевели с испытательного полигона Цоссена и включили в состав четвертой роты одиннадцатого танкового полка. В составе роты он участвовал в боях около полигона, где и был вскоре подбит.

Самым известным советским танком, во многом обеспечившим нашей стране победу в Великой Отечественной войне стал легендарный Т-34. Тем не менее, на медали «За отвагу» изображен вовсе не он, а практически не использовавшийся в боях, но зато грозный внешне пяти башенный танк Т-35.

Крепость на колесах

Как ни парадоксально, но Т-35, который советские художники любили изображать на агитационных материалах времен Великой Отечественной войны к 1941 году два года, как был снят с производства. Всего в СССР было выпущена 61 машина этой модели тяжелых танков. Главным его отличием от других боевых машин СССР было наличие сразу пяти боевых башен. Во время военных парадов 1930-х годов, действительно, Т-35 выглядел несокрушимой громадой. В то же время необходимо отметить, что если свои много башенные танки немцы безуспешно пытались поставить на серийное производство только в конце войны, то в СССР они массово производились, начиная с 1933 года. При этом, как ни удивительно это звучит, но самый мощный танк Советского Союза в период с 1933 по 1939 года, когда он был снят с производства, в военных действиях не участвовал. Увидеть его можно было только на Красной площади во время парадов или на учениях. На фронт, отдельные образцы этой боевой машины были отправлены лишь после начала Великой Отечественной войны. Но на полях сражений они себя зарекомендовали крайне неважно. Тяжелые, неповоротливые, часто ломающиеся Т-35 достаточно быстро вышли из строя или были уничтожены противником. В то же время, чем меньше образцов данного танка оставалось в войсках, тем больше росло количество его изображений на агитационных плакатах, призывающих сражаться до последней капли крови. На них Т-35 должен был олицетворять мощь Советской армии, хотя в реальности ей никогда не являлся.

Рождение легенды

Впрочем, вина за практически полную неспособность к боевым действиям в условиях Великой Отечественной войны лежит не на экипаже танка или его конструкторах, а на стремительной эволюции военной техники, в ходе которой Т-35 быстро устарел. Появление данной боевой машины было обусловлено работой в СССР в 1930-м году немецкого танкового конструктора Эдварда Гротте. Талантливый изобретатель с группой помощников трудился в Советском Союзе над созданием первого отечественного тяжелого танка. Однако незадолго до завершения работы, конструктор был вежливо отправлен домой, а его работу продолжили советские военные инженеры. В итоге к 1932 году на свет появился Т-35-1, весивший 42 тонны. Броня танка достигала 40 мм, а экипаж состоял из 11 человек. В качестве вооружения на боевой машине были установлены пять боевых башен, две пушки и три пулемета. На испытаниях танк полностью удовлетворил военных, но конструктора решили еще немного доработать свое детище. Сначала к 1933 году появился танк Т-35-2, а затем ушедший в серию Т-35А. Последняя версия танка имела улучшенную ходовую часть и существенно измененные от первоначального варианта конструкции пулеметных башен. В 1934 году тяжелый танк поступил в войска. На момент своего появления пяти башенный танк Т-35 по огневой мощи являлся самым грозным танком в мире. Пять вращающихся башен боевой машины были вооружены пулеметами и могли вести круговой бой. В свою очередь, также размещенные на башнях три пушки могли создавать существенные бреши в живой силе и технике противника. Главными недостатками танка, являлась тонкая броня и низкая скорость передвижения из-за огромной массы танка. Тем не менее, к 1941 году за прошедшие семь лет с его создания танк морально устарел, хотя все еще и производил впечатление серьезной боевой машины.

Боевое применение

В первые дни войны в частях Красной Армии насчитывалось 48 танков Т-35. В основном они находились на балансе 67-го и 68-го танковых полков, а также 34-ой дивизии Киевского военного округа. Едва началась война, командование Красной Армии попыталось применить по назначению, никогда не воевавшие до этого танки. Безуспешно. Тридцать пять из них сломались по дороге на фронт, и лишь семь погибли во время боевых действий. Правда, справедливости ради стоит отметить, что два танка Т-35 неплохо проявили себя во время битвы под Москвой. Но большинство Т-35 из-за технических неисправностей были брошены своими экипажами. При этом время можно отметить, один интересный факт. Когда немцы захватили первый трофейный Т-35, он был тут же отправлен в Берлин для изучения. В столице Третьего Рейха танк находился до мая 1945 года, когда отремонтированный был использован немцами во время обороны города, но был быстро подбит Советскими войсками. Данный эпизод стал последним в истории боевым применением Т-35. Тем не менее, не состоявшийся, как боевая машина, данный танк сыграл существенную пропагандистскую роль во время агитации в годы Великой Отечественной войны.

Т-35 — советский тяжёлый танк межвоенного периода. Разработан в 1931—1932 годах инженерами специализированного конструкторского бюро (КБ) под общим руководством Н. В. Барыкова. Является первым в СССР тяжёлым танком, запущенным в массовое производство — в 1933—1939 годах на Харьковском паровозостроительном заводе в рамках нескольких небольших партий было выпущено 59 серийных машин.

Пятибашенный танк Т-35 - видео

Т-35 представлял собой пятибашенный тяжёлый танк классической компоновки, с пушечно-пулемётным вооружением и противопульным бронированием, и предназначался для поддержки пехоты и качественного усиления стрелковых и танковых соединений при прорыве сильно укреплённых позиций противника. Т-35 является единственным в мире пятибашенным танком, выпускавшимся серийно, и самым мощным танком Красной Армии 1930-х годов.

С 1933 года танки Т-35 поступали на вооружение Пятой тяжёлой танковой бригады (5 ттбр) РККА, с 1936 года выделенной вместе с остальными ттбр в состав резерва Главного Командования. До 1941 года Т-35 ни в каких боевых действиях не участвовали, однако ограниченно применялись в ходе манёвров и учений и часто использовались в военных парадах, являясь зримым воплощением военной мощи СССР. Т-35 принимали участие в боевых действиях начального этапа Великой Отечественной войны в составе 34-й танковой дивизии Киевского ОВО, однако очень быстро были потеряны, в основном — из-за технических неисправностей (лишь семь танков было потеряно в бою). Осенью 1941 четыре танка Т-35 принимали участия в боях за Харьков в составе отдельного противотанкового отряда. Все они были потеряны в бою.

История создания

К концу 1920-х годов бронетанковые силы РККА имели в своём распоряжении лёгкие танки сопровождения пехоты Т-18 (МС-1), достаточно совершенные для своего времени. Однако более тяжёлые машины главным образом были представлены танками, известными в СССР под именем «Рикардо» — отбитыми у белогвардейцев британскими тяжёлыми танками Mk. V, воевавшими в Первую мировую, основательно изношенными и к концу 1920-х изрядно устаревшими.

Работы по созданию собственных средних и тяжёлых танков начались в СССР ещё в конце 1920-х годов, однако отсутствие у советских конструкторов необходимого опыта в области танкостроения не позволяло создать полноценные боевые машины. В частности, ничем окончилась попытка конструкторского бюро Орудийно-оружейно-пулеметного объединения разработать тяжёлый танк прорыва. Эта 50-тонная боевая машина должна была нести вооружение из двух 76-мм орудий и пяти пулемётов. Была построена лишь деревянная модель танка, после чего в начале 1932 года все работы по этому проекту были прекращены, хотя танк успел получить индекс Т-30. Схожим образом окончилась работа «тюремного» КБ Автотанкодизельного отдела Экономического управления ОГПУ, работавшего над 75-тонным танком прорыва. Собственно, уже на начальной стадии проектирования этих машин их бесперспективность была налицо — проекты имели целый ворох недостатков, исключавших возможность постройки этих машин.

В марте 1930 года к проектированию среднего танка приступила смешанная советско-немецкая группа под руководством Эдварда Гротте. И хотя созданный под руководством Гротте средний танк ТГ также оказался по ряду причин непригодным и не пошёл в серию, советские сотрудники в ходе этой работы получили определенный опыт, который позволил им приступить к проектированию тяжёлых боевых машин. После прекращения работ над ТГ, из состава советских инженеров, работавших с Гротте, было создано специализированное КБ, задачей которого являлась разработка собственного тяжёлого танка. Возглавил КБ Н. В. Барыков, работавший ранее заместителем Гротте. В состав КБ вошли также конструкторы М. П. Зигель, Б. А. Андрыхевич, Я. М. Гаккель, Я. В. Обухов и другие.

В задании от Управления механизации и моторизации (УММ) РККА говорилось: «К 1 августа 1932 года разработать и построить новый 35-тонный танк прорыва типа ТГ». В связи с предполагаемой массой, перспективный танк получил обозначение Т-35. При проектировании этой машины конструкторы опирались на полуторалетний опыт работы над ТГ, а также результаты испытаний немецких танков «Гросстрактор» на полигоне под Казанью и материалы комиссии С. А. Гинзбурга по закупке перспективной бронетехники в Великобритании.

Работы шли в быстром темпе. Уже 28 февраля 1932 года заместитель начальника УММ РККА Г. Г. Бокис докладывал М. Н. Тухачевскому, в ту пору — начальнику вооружений РККА: «Работы по Т-35 (бывший ТГ) идут ударными темпами, и срыва сроков окончания работ не намечается…» Сборка первого прототипа, получившего обозначение Т-35-1, была окончена уже 20 августа 1932 года, а 1 сентября танк был показан представителям УММ РККА во главе с Бокисом, на которых произвёл сильное впечатление.

Т-35-1

Прототип имел существенные отличия от задания УММ, прежде всего — по массе, которая составляла 42 т против 35 т в задании. Многочисленное вооружение располагалось в пяти независимых башнях, из-за чего визуально напоминал британский пятибашенный тяжёлый танк A1E1 «Independent» 1929 года постройки. Традиционно распространено мнение, что Т-35 был создан под влиянием «Индепендента», однако в архивных документах нет данных о том, что комиссия Гинзбурга во время своего пребывания в Англии интересовалась этой машиной. Не исключено, что советские конструкторы пришли к пятибашенной схеме самостоятельно, независимо от их английских коллег. Вооружение включало одно 76-мм орудие ПС-3 (вместо него на Т-35-1 стоял макет), два 37-мм орудия, а также три пулемёта ДТ. Многочисленное вооружение обусловило солидные метрические размеры (9720×3200×3430 мм). Броня танка имела толщину 30—40 мм. Экипаж состоял из 10—11 человек. Двигатель М-17 мощностью 500 л. с. позволял танку развивать максимальную скорость 28 км/ч, а запас хода по шоссе составлял 150 км. Удельное давление на грунт не превышало 0,7 кг/см², что в теории обещало вполне приемлемую проходимость. Опорные катки были сгруппированы попарно в три тележки на борт.

На испытаниях осенью 1932 года Т-35-1 показал неплохие результаты и в принципе удовлетворял военных, но был отмечен ряд недостатков в силовой установке машины. Кроме того, конструкция трансмиссии и пневматических приводов управления была слишком сложной и дорогой для массового производства танка. Конструкторам было предложено доработать проект по указанным направлениям, усилить вооружение и провести унификацию ряда деталей (в частности, главных башен) со средним танком Т-28.

В феврале 1933 года танковое производство завода «Большевик» было выделено в отдельный завод № 174 им. К. Е. Ворошилова, а КБ Барыкова переформировано в Опытно-конструкторский машиностроительный отдел (ОКМО), который и занялся доработкой Т-35-1.

Т-35-2

Второй образец, обозначенный как Т-35-2, собрали в апреле 1933 года, а 1 мая он уже участвовал в параде на площади Урицкого (бывшей Дворцовой) в Ленинграде. От Т-35-1 танк отличался, помимо главной башни, установкой другого двигателя, изменённой формой фальшборта и рядом других мелких отличий.

Т-35А

Параллельно в том же КБ велась разработка чертежей танка Т-35А, предполагавшегося для серийного производства. Т-35А значительно отличался и от Т-35-2, и от Т-35-1. Он имел удлинённую на одну тележку ходовую часть, малые пулемётные башни другой конструкции, увеличенные средние башни с 45-мм пушками 20К, изменённую форму корпуса и т. д. Всё это вызвало ряд трудностей при изготовлении, так как Т-35А являлся, по существу, совершенно новой машиной.

Серийное производство

Серийное изготовление Т-35 поручили Харьковскому паровозостроительному заводу имени Коминтерна. Работа по улучшению танка начата в 1932 году под руководством Н. В. Цейца, 11 августа 1933 года Т-35 принят на вооружение и с 1934 начал поступать в армию.

В процессе производства в конструкцию танка неоднократно вносились изменения. В 1937 году увеличили толщину верхнего и нижнего лобовых и бортовых листов, брони кормы и башен с 20 до 23 мм; мощность двигателя повысили до 580 л. с., масса танка возросла до 52 т, а затем до 55 т. Число членов экипажа колебалось от 11 до 9 человек. Последняя партия из десяти машин, выпущенных в 1938—1939 годах, имела башни конической формы, изменённую конструкцию бортовых экранов, улучшенные уплотнения корпуса. Были также усилены элементы подвески.

Конструкция танка

Т-35 представлял собой тяжёлый танк классической компоновки, пятибашенный, с двухъярусным расположением пушечно-пулемётного вооружения и бронированием, обеспечивавшем защиту от пуль и осколков снарядов, а также в ряде деталей лобовой проекции — и от снарядов малокалиберной противотанковой артиллерии.

Корпус

Корпус танка — коробчатой формы, сложной конфигурации, сварной и частично клёпаный, из броневых листов толщиной 10—50 мм. В основном толщина брони Т-35 составляла 20 мм (низ лобовой части корпуса, борта, корма). Броневая защита башен — 25—30 мм. В носовой части слева имелся смотровой люк механика-водителя со смотровой щелью, прикрытой стеклоблоком. На марше люк мог открываться вверх, фиксируясь при этом винтовым механизмом. Для входа и выхода из танка механик-водитель располагал люком в крыше корпуса, над своим местом. Первоначально люк был двухстворчатым, затем его сменил одностворчатый складной. Поздняя модификация танка с коническими башнями имела овальный люк механика-водителя, аналогичный по конструкции башенному люку БТ-7 с конической башней. Вне зависимости от модификации, люк обладал одной неприятной особенностью — открыть его для выхода механик-водитель мог только лишь в том случае, если левая передняя пулемётная башня была бы развёрнута оружием «лево на борт». Таким образом, при повреждении пулемётной башни самостоятельное покидание механиком-водителем машины становилось невозможным. Главная башня имела пьедестал в форме неправильного шестигранника — так называемый «шестигран», по бокам которого располагались ящики для приборов дымопуска. Позади кормовых башен имелись воздухозаборные жалюзи, прикрытые броневыми экранами, и люк доступа к двигателю. Позади люка располагался глушитель. В верхнем кормовом листе танка имелось круглое отверстие для установки вентилятора, прикрывавшееся съёмным бронеколпаком с жалюзи.

Главная башня идентична по конструкции главной башне танка Т-28 ранних выпусков (вплоть до введения конических башен главная башня не имела штатной шаровой установки кормового пулемёта). Башня цилиндрической формы, с развитой кормовой нишей. В передней части башен на цапфах размещалось 76-мм орудие, справа от которого в независимой шаровой установке размещался пулемёт. Для удобства работы экипажа башня оснащалась подвесным полом.

Средние башни идентичны по конструкции башням лёгкого танка БТ-5, но без кормовой ниши. Башни цилиндрической формы, с двумя люками в крыше для доступа экипажа. В передней части башни устанавливалась 45-мм пушка и спаренный с ней пулемёт.

Малые пулемётные башни по конструкции идентичны пулемётным башням среднего танка Т-28, но, в отличие от последних, снабжены кольцевыми рымами для демонтажа. Башни цилиндрической формы, с выступом в носовой части, смещённым вправо. В лобовом листе башни в шаровой установке размещался пулемёт ДТ.

Танки Т-35 последней серии имели башни конической формы, при этом главная башня была идентична конической башне танка Т-28.

Вооружение

Основное артиллерийское

Основным артиллерийским вооружением Т-35 являлась 76,2-мм танковая пушка образца 1927/32 годов (КТ-28) («Кировская танковая») образца 1927/32 годов. Специально разработанная в 1932 году для танка Т-28, пушка использовала доработанную качающуюся часть 76-мм полковой пушки образца 1927 года со следующими изменениями:

Укорочена длина отката с 1000 до 500 мм;
- увеличено количество жидкости в накатнике с 3,6 до 4,8 л;
- усилены салазки путём утолщения их стенок с 5 до 8 мм;
- введён новый подъёмный механизм, ножной спуск и новые прицельные приспособления, удовлетворяющие условиям работы танкового экипажа.

Пушка КТ-28 имела длину ствола в 16,5 калибров. Начальная скорость 7-килограммового осколочно-фугасного снаряда составляла 262 м/с, 6,5-килограммового шрапнельного — 381 м/с.

Пушка устанавливалась в лобовой части главной башни в маске на цапфах. Угол горизонтального наведения орудия составлял 360°, горизонтальное наведение осуществлялось посредством поворота башни, при этом, помимо ручного привода, имелся и электромеханический трёхскоростной привод. Максимальный угол возвышения пушки составлял +25°, склонения — −5° (по другим данным — +23° и −7° соответственно). Подъёмный механизм пушки — секторного типа, ручной.

Наведение орудия на цель осуществлялось при помощи панорамного перископического оптического прицела ПТ-1 обр. 1932 г. и телескопического ТОП обр. 1930 г. ПТ-1 имел увеличение 2,5× и поле зрения 26°. Прицельная сетка была рассчитана на ведение огня на дальность до 3,6 км бронебойными снарядами, 2,7 км — осколочными и до 1,6 км — из спаренного пулемёта. Для стрельбы ночью и в условиях пониженной освещённости прицел снабжался подсветкой шкал и перекрестья прицела. ТОП имел увеличение 2,5×, поле зрения 15°, и прицельную сетку, рассчитанную на ведение огня на дальность до, соответственно, 6,4, 3 и 1 км.

Возимый боекомплект — 96 выстрелов, из них 48 фугасных гранат и 48 шрапнелей. При необходимости в состав боекомплекта могли включаться и бронебойные снаряды, обладавшие, правда, весьма низкими характеристиками бронепробиваемости.

Последнее обстоятельство на протяжении долгого времени «коробило» военных. Пушка КТ-28 предназначалась для борьбы с огневыми точками противника и небронированными целями, и вполне удовлетворяла возлагавшимся на неё задачам. Могущество же её бронебойного снаряда в силу невысокой начальной скорости было весьма низким. Однако надо сказать, что пушка КТ-28 в качестве основного вооружения рассматривалась военными и конструкторами танка, как вре́менная мера — впоследствии танки планировалось вооружать 76,2-мм универсальной танковой пушкой ПС-3. Однако по ряду причин её так и не удалось доработать до приемлемого уровня и запустить в производство.

Дополнительное артиллерийское вооружение

Дополнительное артиллерийское вооружение составляло две 45-мм нарезные полуавтоматические пушки обр. 1932 г. (20К), впоследствии заменённые на её модифицированный вариант обр. 1932/34 гг. Пушка имела ствол со свободной трубой, скреплённой кожухом, длиной 46 калибров (2070 мм), вертикальный клиновой затвор с полуавтоматикой механического типа на орудии обр. 1932 г. и инерционного типа на обр. 1932/34 гг. Противооткатные устройства состояли из гидравлического тормоза отката и пружинного накатника, нормальная длина отката составляла 275 мм для пушки обр. 1932 г. и 245 мм — для обр. 1932/34 гг. Полуавтоматика орудия обр. 1932/34 гг. работала лишь при стрельбе бронебойными снарядами, тогда как при стрельбе осколочными, из-за меньшей длины отката, она работала как ¼ автоматики, обеспечивая только автоматическое закрытие затвора при вкладывании в него патрона, тогда как открытие затвора и экстракция гильзы осуществлялись вручную. Практическая скорострельность орудия составляла 7—12 выстрелов в минуту. Орудия обеспечивали начальную скорость бронебойного снаряда 760 м/с.

Пушки размещались в спаренной с пулемётом установке, на цапфах в лобовых частях малых орудийных башен. Наведение в горизонтальной плоскости осуществлялось поворотом башни при помощи винтового поворотного механизма. Механизм имел две передачи, скорость вращения башни на которых за один оборот маховика наводчика составляла 2° или 4°. Угол горизонтального наведения орудия носовой башни составлял 191°, кормовой — 184°. Наведение в вертикальной плоскости, с максимальными углами от −8 до +23°, осуществлялось при помощи секторного механизма. Наведение спаренных установок осуществлялось при помощи панорамного перископического оптического прицела ПТ-1 обр. 1932 г. и телескопического ТОП обр. 1930 г.

Возимый боекомплект составлял 226 выстрелов на 2 орудия, из них 113 бронебойных и 113 осколочно-фугасных.

Вспомогательное вооружение

Вспомогательное вооружение Т-35 состояло из шести 7,62-мм пулемётов ДТ. Два пулемёта размещались в главной башне: один — в лобовой части главной башни в автономной шаровой установке, справа от пушки, другой мог устанавливаться в кормовой нише на бугельной установке и вести огонь через закрывавшуюся броневой крышкой вертикальную амбразуру. Ещё два устанавливались по одному в малых пушечных башнях в спарке с 45-мм орудием. По одному пулемёту устанавливалось в лобовых частях пулемётных башен в шаровых установках. На танках последних серий на люке наводчика устанавливалась также зенитная турельная установка П-40 с пулемётом ДТ, снабжённым для стрельбы по воздушным целям коллиматорным прицелом (таким образом, общее количество пулемётов танка доводилось до семи). Боекомплект составлял 10080 патронов в 160 барабанных магазинах по 63 патрона каждый.

Двигатель и трансмиссия

На всех танках Т-35 устанавливался четырёхтактный 12-цилиндровый V-образный карбюраторный авиационный двигатель М-17, лицензионный БМВ VI развивавший максимальную мощность 400 л. с. при 1450 об./мин. В ходе модернизации в 1936—1937 годах двигатель был форсирован до 580 л. с. Степень сжатия — переменная, разная для правого и левого блоков цилиндров. Разность образуется из-за сочлененного шатунного механизма (главный и прицепной шатуны); сухая масса двигателя — 553 кг. В качестве топлива использовался бензин марок Б-70 и КБ-70. Подача топлива — под давлением, при помощи бензопомпы. Для впрыскивания горючего во всасывающие трубы во время запуска холодного двигателя имелся специально сконструированный прибор — атмос. Масляный насос — шестерёнчатый. Карбюраторов — два, типа КД-1. Охлаждение двигателя — принудительное водяное, при помощи двух радиаторов, установленных по обеим сторонам двигателя, при этом правый и левый радиаторы не взаимозаменяемы.

Топливные баки общей ёмкостью 910 л (два емкостью по 320 л и один — 270 л) обеспечивали танку запас хода по шоссе до 150 км.

Коробка перемены передач, расположенная в трансмиссионном отделении, обеспечивала четыре скорости вперед и одну назад. На картере коробки передач устанавливался стартёр для запуска двигателя. Кроме того, в трансмиссионном отделении располагался многодисковый (27 дисков) главный фрикцион сухого трения (сталь по стали), многодисковые бортовые фрикционы с плавающими ленточными тормозами и бортовые передачи с двумя парами цилиндрических шестерён. Там же располагался редуктор отбора мощности на вентилятор, засасывающий воздух для охлаждения радиаторов. Привод на редуктор — от коленчатого вала двигателя; при 1450 об./мин. коленчатого вала обеспечивалась скорость вращения вентилятора 2850 об./мин., что давало производительность около 20 м³ воздуха в секунду.

Ходовая часть

Гусеничный движитель состоял из восьми (на каждую сторону) обрезиненных опорных катков малого диаметра, шести поддерживающих катков с резиновыми шинами, направляющих колёс с винтовым механизмом натяжения гусениц, ведущих задних колёс со съёмными зубчатыми венцами и мелкозвенчатых гусеничных цепей со скелетообразными траками и открытым шарниром. Траки соединялись пальцами, стопорящимися с помощью шплинтов. Между направляющими колёсами и передними опорными катками были установлены натяжные ролики, предотвращавшие прогибы передних ветвей гусениц при преодолении вертикальных препятствий.

Подвеска — блокированная, по два катка в тележке; подрессоривание — двумя спиральными пружинами. Ходовая часть закрыта 10-мм броневыми экранами. Танк преодолевал подъёмы крутизной до 36°, рвы шириной до 3,5 м, вертикальные стенки высотой 1,2 м, брод глубиной 1,2 м. Удельное давление на грунт составляло 0,78 кг/см². В то же время большое значение отношения длины танка к его ширине (больше 3) неблагоприятно сказывалось на его маневренности.

Электрооборудование

На первых машинах устанавливалось импортное электрооборудование напряжением 12 В, но затем, с 1934 года, перешли на отечественное оборудование, напряжением 24 В. Мощность генератора — 1000 Вт. Для освещения дороги в ночное время танк имел две складные фары, снабжённые броневыми кожухами (аналогичны использовавшимся на Т-26 и Т-28). Для подачи звуковых сигналов имелся гудок «ЗЕТ» вибраторного типа.

Средства наблюдения и связи

Средства наблюдения на Т-35 представляли собой простые смотровые щели, закрытые с внутренней стороны сменным триплексным стеклоблоком, обеспечивавшим защиту от пуль, осколков снарядов и брызг свинца при обстреле бронебойными пулями. По одной смотровой щели располагалось по бортам главной башни, по внешним бортам малых пушечных и пулемётных башен и в крышке люка механика-водителя. Кроме этого, командир танка и командиры малых пушечных башен располагали перископическими панорамными приборами наблюдения ПТК, защищёнными бронеколпаками.

Для внешней связи все танки Т-35 оснащались радиостанциями, монтировавшимися в кормовой нише главной башни слева (по ходу машины). На танки ранних выпусков устанавливалась радиостанция 71-ТК, обеспечивавшая связь на дистанцию в 18—20 км. С 1935 года на танк стали устанавливать радиостанцию 71-ТК-2 с увеличенной до 40—60 км дальностью связи, но из-за ненадёжности (радиостанция постоянно перегревалась) её уже с 1936 года заменили более совершенной 71-ТК-3, ставшей наиболее массовой танковой радиостанцией довоенных лет. 71-ТК-3 — приёмо-передающая, телефонно-телеграфная, симплексная радиостанция с амплитудной модуляцией, работающая в диапазоне частот 4—5,625 МГц и обеспечивающая дальность связи в телефонном режиме на ходу до 15 км и на стоянке до 30 км, а в телеграфном на стоянке — до 50 км. Масса радиостанции без антенны — 80 кг.

На машинах, выпущенных до 1935 года включительно, были проблемы с экранировкой электрооборудования, вследствие чего возникали сильные радиопомехи. Позднее благодаря блокировке электросхемы с помощью конденсаторов от большинства помех удалось избавиться. Большинство Т-35 оборудовалось антенной поручневого типа, лишь на танках позднего выпуска с коническими башнями стали устанавливаться штыревые антенны. Для внутренней связи Т-35 оснащались танковым переговорным устройством (танкофоном) ТПУ-6 на шестерых членов экипажа. На машинах первой серии устанавливался прибор типа «Сафар».

Советский тяжелый танк Т-35, застрявший в придорожном кювете и брошенный 28-29 июня 1941 года на трассе Птичье — Верба, на северо-восточной окраине села Верба Дубновского района Ровенской области во время боя с немецкой 16-й танковой дивизией. Машина с серийным номером 0200-0, выпуска 1938 года из 67-го танкового полка 34-й танковой дивизии 8-го механизированного корпуса Юго-Западного фронта. Немцами на борт танка нанесена надпись: «Bitte alles aussteigen» («Пожалуйста все выходите» - объявление на конечной станции)

Прочее оборудование

Т-35 имел установки для создания дымовой завесы. Также на танк мог устанавливаться ПНВ.

Размещение экипажа

В процессе производства танка Т-35 число членов экипажа колебалось от 11 до 9 человек, в зависимости от конструкции конкретной серии. Чаще всего размещение экипажа выглядело следующим образом. В главной — верхней — башне, унифицированной с башней танка Т-28, находились три члена экипажа: командир танка (он же наводчик), пулемётчик, и сзади — радист (он же заряжающий). В двух башнях с 45-мм пушками размещаются по два члена экипажа — наводчик и пулемётчик, в пулемётных башнях — по одному стрелку. Главная башня отгораживалась от остальной части боевого отделения перегородкой. Передние и задние башни попарно сообщались между собой. В передней части корпуса между гусеницами находилось отделение управления — там размещался механик-водитель (из-за сильно выступающих вперёд ветвей гусениц он имел очень ограниченный обзор, и зачастую машину приходилось вести едва ли не вслепую).

Немецкие офицеры на броне советского танка Т-35, брошенного на улице Львовская города Гродек (Львовская область, улица Львовская — участок дороги Перемышль-Львов в черте Гродека). Данная машина из состава 67-го танкового полка 34-й танковой дивизии 8-го механизированного корпуса Юго-Западного фронта. Танк выпуска 1939 года с коническими башнями и прямой подбашенной коробкой, выпущено 7 штук (номера с 744-61 по 744-67 включительно). Этот танк имеет серийный номер 744-62. С прямой подбашенной коробкой было выпущено всего 3 машины. Танк оставлен возле КПП воинской части на южной стороне Львовской улицы (по свидетельству местных жителей, после войны там также располагалась воинская часть). Машина "получила повреждения, сорвана огранка бортовых лент и сожжен бортовой фрикцион в р-не Гродека. Снаряды все расстреляны, машина приведена в негодность. Вооружение снято».

Модернизации и модификации

В 1936—1937 годах была произведена существенная модернизация силовой установки и агрегатов трансмиссии танка Т-35. Двигатель был форсирован, в результате чего его мощность достигла 580 л.с. Изменения коснулись также коробки передач, бортовых фрикционов, систем обеспечения работы двигателя и электрооборудования. Глушитель был убран внутрь корпуса, а наружу выведены только выхлопные трубы. Также были улучшены уплотнения корпуса для предупреждения попадания воды внутрь машины при преодолении водных препятствий вброд. Кроме того, в целях улучшения проходимости танка была несколько изменена конструкция фальшборта, а толщина переднего наклонного бронелиста корпуса и лючка механика-водителя была доведена до 50 мм. Модернизация позволила несколько повысить надёжность тяжелых танков и довести гарантированный пробег Т-35А выпуска 1937 года до 2000 км (более ранние машины имели гарантированный пробег не более 1500 км).

В 1938 году в АБТУ обсуждалась возможность замены орудия КТ-28 на 76,2-мм пушку Л-10, устанавливавшуюся на новые Т-28. Однако в конечном итоге от замены было решено отказаться, поскольку КТ-28 вполне справлялась с задачами, возлагавшимися на неё при сопровождении атакующей пехоты (уничтожением небронированных целей, пехоты и огневых точек противника), а для борьбы с бронетехникой имелись две 45-мм пушки 20К.

В ходе производства и эксплуатации танка не раз предпринимались попытки каким-то образом снивелировать специфический недостаток Т-35, негативно влияющий на его боевые возможности — сложность командования танком в бою. Командир был практически не в состоянии управлять огнём пяти башен, расположенных в два яруса. Недостаточная обзорность не позволяла ему контролировать обстановку на поле боя, в результате чего командиры башен были вынуждены самостоятельно отыскивать и уничтожать цели. После ряда изысканий для данной проблемы было найдено весьма интересное решение — осенью 1935 года Главное артиллерийское управление (ГАУ) по заказу АБТУ приступило к проработке возможностей установки на танк Т-35 системы централизованной наводки башен, примерно аналогичной применяемой на флоте. В итоге, слушателями артиллерийской академии был разработан танковый прибор управления артиллерийским огнём (ТПУАО), который в опытном порядке установили на один из танков. В комплексе с ТПУАО был установлен также 9-футовый морской дальномер «Barr & Stroud», партия которых была закуплена в Великобритании ещё до революции. На главной башне танка появилась специальная командно-наблюдательная башенка и бронированный кожух для дальномера.

В течение 1936 года проводились всесторонние испытания машины, давшие в целом положительные результаты — управление огнём и правда стало более удобным и эффективным. Однако вскрылась и специфическая проблема — для обслуживания ТПУАО требовался человек, имевший специальное образование. Кроме того, надёжность самого прибора была не на высоте. Наконец, громоздкий и малоудобный дальномер сильно портил впечатление от машины. В итоге, работы по установке на Т-35 системы централизованной наводки были приостановлены. В 1938 году к разработкам на некоторое время вернулись снова, однако вскоре они были закрыты окончательно — в отчёте, предоставленном в АБТУ в 1938 году, было указано, что подобная переделка танков Т-35 нецелесообразной из-за их малочисленности, высокой стоимости самого прибора и сомнительной боевой ценности и прибора, и танка в условиях современной маневренной войны.

Немецкий военнослужащий фотографируется у советского танка Т-35, подбитого и брошенного в районе Григоровки. Танк остался стоять на нынешней улице Тельмана города Харькова между домами 14 и 16. В 1941 году это было одно из предместий Харькова - Григоровка. Известно, что летом 1941 года на заводе №183 в Харькове в ожидании капитального ремонта находилось пять Т-35. На четырех машинах был произведен мелкий ремонт, после чего танки были направлены в состав противотанкового отряда гарнизона города Харьков. Машина была подбита в ходе боя с подразделением 57-й пехотной дивизии 22 октября 1941 года, но своим ходом сумела покинуть поле боя. Захвачена 24.10.41 5-й ротой 2-го батальона 179-го пехотного полка 57-й пехотной дивизии. Танк с цилиндрическими башнями, пулеметные башни без усиления, глушитель ранний, один люк в главной башне. Судя по этим признакам и по следам шести креплений антенны (ранний вариант), танк выпущен в 1934 году. Серийный номер танка №148-30. Танк уже частично разобрали, сняв с него секции бортовых экранов и средние башни.

Т-35А образца 1939 года

Последние 10 танков Т-35, выпущенных в 1938-1939 году, имели существенные отличия от машин предыдущих серий, наиболее характерным из которых являлась коническая форма башен. Работы в направлении повышения защищённости танка начались на ХПЗ ещё в конце 1937 года, на основе опыта боёв Гражданской войны в Испании, в свете которых защищённость Т-35 уже не соответствовала тяжёлому танку. Во избежание непомерного увеличения массы танка при повышении его защищённости, инженеры завода занялись разработкой для танка башен конической формы, придавая бронелистам максимально возможные углы наклона.

К середине 1938 года проекты были разработаны. Хотя к этому моменту в УММ РККА уже был поставлен вопрос о целесообразности дальнейшего выпуска пятибашенных тяжёлых танков, официального решения о прекращении их производства не поступало, и была начата подготовка выпуска серии машин в 1938 году. В 1938 года был выпущен первый танк с коническими башнями (№ 234-34), а последняя машина (№ 744-67) серии (ставшая одновременно и последним выпущенным Т-35) сошла со стапелей в июне 1939 года.

Главная башня Т-35 образца 1939 года была унифицирована с конической главной башней среднего танка Т-28 последнего выпуска. Часть основных башен (на пяти танках № 234-34, 234-35, 234-42, 744-61, 744-62) также получила штатную шаровую установку пулемёта в кормовой нише. Средние и малые башни являлись целиком самостоятельными конструкциями, хотя в целом, кроме конической формы, существенных изменений они не претерпели.

Помимо конических башен, новые танки получили укороченный бортовой экран с открытым ведущим колесом (как на танке Т-35А № 234-35 выпуска 1938 года) и измененной формой лючков доступа к поддерживающем роликам, количество которых было сокращено до 5. Кроме того, толщина лобового бронелиста была доведена до 70 мм, а лобовых деталей башен — до 30 мм. Три последних танка также получили подбашенную коробку со скошенными бортовыми бронелистами и люки прямоугольной формы на бортовых экранах.

Первые 3 машины серии (№ 234-34, 234-35, 234-42) получили поручневую антенну по периметру главной башни, однако на следующих Т-35 образца 1939 года от неё отказались в пользу штыревой.

Количество танков с коническими башнями составило 10 экземпляров.

Машины, созданные на базе Т-35

СУ-14 — экспериментальная тяжёлая самоходная артиллерийская установка (САУ), созданная на базе Т-35. Разработана в 1933 году КБ под руководством Н. В. Барыкова. Вместо башен на танк устанавливалась смещённая к корме просторная рубка, в которой размещалось 203-мм гаубица образца 1931 года (Б-4), моторно-трансмиссионное отделение перемещалось в носовую часть корпуса. Экипаж составлял 7 человек. В 1934 году построен опытный образец установки. В 1940 году было проведено экранирование САУ и ряд мелких модернизаций, после чего САУ получила обозначение СУ-14-2

СУ-14-1 — экспериментальная тяжёлая самоходная артиллерийская установка (САУ), развитие конструкции СУ-14. В 1936 году построен опытный образец установки. Технически близка к СУ-14. По результатам стрельб 203-мм гаубица была заменена на 152,4-мм пушку большой мощности образца 1935 года (Бр-2). В 1940 году так же, как и СУ-14, была экранирована, после чего получила наименование СУ-14-Бр2.

Т-112 — опытный средний танк, представлявший собой Т-28 с подвеской, заимствованной у тяжёлого танка Т-35. Разработан КБ Кировского завода под руководством Ж. Котина в 1938 году. Не вышел из стадии чертежей.

Служба и боевое применение

Штатно-организационная структура

В начальный период производства Т-35 соответствовал оперативно-техническим требованиям, предъявляемым к тяжёлым танкам Красной армии. Кроме того, по своей огневой мощи Т-35 был самым сильным танком мира. Три пушки и пять пулемётов, расположенные в пяти вращающихся башнях, обеспечивали массированный круговой огонь одновременно во всех направлениях, что для борьбы с пехотой в глубине обороны противника давало (в теории) определённые преимущества. Однако это потребовало увеличения экипажа, привело к усложнению конструкции. Тягово-динамические качества машины были явно недостаточны, особенно при повороте. Всё это не позволяло выполнять в полной мере задачи, стоящие перед тяжёлым танком. Наличие большого количества башен привело к тому, что командир не мог эффективно управлять огнём. Слабое бронирование делало танк уязвимым для артиллерии, а из-за огромных размеров и низкой подвижности танк представлял собой прекрасную мишень.

Было ясно, что требуется новая концепция тяжёлого танка. В рамках этой новой концепции были созданы экспериментальные танки СМК, Т-100 и КВ. Последний стал родоначальником первой в СССР удачной серии тяжёлых танков.

Великая Отечественная война

К 1941 году Т-35 по строгим советским стандартам морально устарели, однако с вооружения сняты не были. В 1940 году в РККА числилось 48 танков Т-35, состоявших на вооружении 67-го и 68-го танковых полков 34-й танковой дивизии Киевского ОВО. Остальные находились в распоряжении военных учебных заведений и в ремонте (2 танка — ВАММ, 4 — 2-е Саратовское БТУ, 5 — в ремонте на заводе № 183). Кроме того, Т-35-2 находился, как экспонат, в БТ музее в Кубинке, а Т-35-1 был списан в 1936 году. Все Т-35, имевшиеся в распоряжении 34-й танковой дивизии, к началу войны находились в районе Равы-Русской и были потеряны в первые дни боёв. 21 июня 1941 г. в полках 34-й танковой дивизии, дислоцированных в Грудеке-Ягеллонском, юго-западнее Львова, объявили тревогу. Машины заправили и вывели на полигон для загрузки боекомплекта. В ходе боев все Т-35 8-го мехкорпуса были потеряны, причем большинство - по техническим причинам: 8 оставлены в ожидании среднего и капремонта, 26 взорваны экипажами из-за аварий (4 - двигателя, 8 - главного и бортовых фрикционов, 10 - КПП и 4 - бортовой передачи). Кроме того, два танка застряли в болоте, а два упали в реку. В бою погибли 6 танков, еще один пропал без вести вместе с экипажем. Последнее применение танков Т-35 (2 машины) отмечено во время битвы под Москвой. Интересно, что сохранилось множество фотографий брошенных Т-35, сделанных немцами — танкисты панцерваффе и простые солдаты обожали фотографироваться на фоне «чуда враждебной техники».

Советский тяжелый танк Т-35 и легкие танки БТ-7, подбитые рядом с трассой Верба - Птичье. На переднем плане тяжелый танк Т-35. Данный танк имеет серийный номер 148-39, выпуска 1934 года. За танком Т-35 два подбитых танка БТ-7. Машины из состава 34-й танковой дивизии 8-го механизированного корпуса Юго-Западного фронта. По трассе движется колонна тяжелых полугусеничных тягачей Sd.Kfz.8 с немецкими 211-мм мортирами образца 1918 года (21 cm Mrs 18) резерва ОКХ.

Трофейные машины

В первые недели войны один Т-35, полностью исправный и оставленный, видимо, из-за нехватки топлива, был отправлен немецким командованием на танковый полигон в Куммерсдорфе, где был тщательно изучен немецкими инженерами. При этом немцы отмечали, что с транспортировкой машины возникли проблемы — танк не вписывался в железнодорожный габарит, а переключение рычагов было невероятно тяжёлым и изнурительным делом. Дальнейшая судьба этого танка точно неизвестна, хотя возможно, что именно с этим экземпляром связан последний случай боевого применения Т-35, относящийся к концу апреля 1945 года. В ходе обороны Берлина один трофейный Т-35 с испытательного полигона Цоссена был включён в состав 4-й роты 11-го танкового полка вермахта. В составе роты танк участвовал в боях в районе полигона, где вскоре и был подбит.

Т-35 как символ военной мощи РККА

Как уже говорилось, вплоть до начала Великой Отечественной войны Т-35 не принимали участия в боевых действиях. Периодически Т-35 использовались в войсковых манёврах, однако главным «полем боя» этих машин стали площади Москвы и Киева, по которым эти танки проходили в составе всех парадов начиная с 1933 года и вплоть до начала Великой Отечественной войны. Танки Т-35 действительно имели весьма грозный и внушительный вид, в результате чего стали зримым воплощением мощи РККА. Правда, число танков, принимавших участие в параде, было достаточно невелико. Например, 7 ноября 1940 года на парады вывели всего 20 машин (по 10 в Москве и Киеве).

Кроме того, танки Т-35 изображены на ряде агитационных плакатов, посвящённых РККА. Интересно, что изображение Т-35 присутствует даже на одном из плакатов 1943 года. В это время в войсках уже давно не осталось ни одного Т-35, однако ощетинившийся пушками «сухопутный броненосец» продолжал выполнять свою пропагандистскую функцию, по-прежнему олицетворяя собой мощь Красной армии. Наконец, упрощённое изображение Т-35 было использовано в оформлении медали «За отвагу».

Немецкие солдаты осматривают советский тяжелый танк Т-35, подбитый на трассе поселок Верба — поселок Птичье (Украина). Две белые полоски на башне — тактический знак 67-го танкового полка 34-ой танковой дивизии 8-го механизированного корпуса Юго-Западного фронта. Машина выпуска 1937 года, серийный номер №988-16. Выписка из акта списания: «№988-16 - подбит и сгорел во время атаки в с. Птичье 30 июня».

Оценка машины

С момента своего создания до Великой Отечественной войны по огневой мощи танк Т-35 превосходил все мировые танки. Комбинация из трёх орудий и пяти-семи стрелявших во все стороны пулемётов позволяла создать вокруг машины настоящее море огня. Но вместе с тем многобашенная компоновка, апогеем которой стал Т-35, делала танк малопригодным к ведению реальных боевых действий.

Командир физически не мог управлять огнём пяти башен, и в бою танк действовал неэффективно. Громоздкая конструкция боевого отделения повлекла за собой увеличение габаритов танка, сделав его прекрасной мишенью и одновременно лишив какого бы то ни было запаса на усиление бронирования. Но даже с противопульной бронёй «сухопутный линкор» весил полсотни тонн, заставляя двигатель работать на пределе своих возможностей, и даже на этом пределе М-17Т не мог разогнать машину до приемлемой скорости: скорость перемещения танка в бою обычно не превышала 8—10 км/ч. В комбинации с огромными размерами и слабой бронёй это ещё больше повышало уязвимость танка.

Впрочем, частям вермахта практически не довелось испытать на себе огневую мощь Т-35 — вместо немецких танков главным врагом «тридцать пятых» были их же технические дефекты и общая ненадёжность — результат всех перечисленных выше недостатков. Длительный марш, который пришлось совершить 34-й танковой дивизии, был для Т-35 смертелен.

Оправданием может служить тот факт, что ни разу за всё время своего существования танки Т-35 не использовались по их прямому назначению — поддержке пехоты при прорыве укреплённых линий противника. Возможно, в такой обстановке Т-35 был бы более эффективен, но летом 1941 года 34-й дивизии до каких-либо штурмов было слишком далеко.

Могилы немецких солдат на фоне советского тяжелого танка Т-35, подбитого на трассе поселок Верба — поселок Птичье (Украина). Две белые полоски на башне — тактический знак 67-го танкового полка 34-ой танковой дивизии 8-го механизированного корпуса Юго-Западного фронта. Машина выпуска 1937 года, серийный номер №988-16. Выписка из акта списания: «№988-16 - подбит и сгорел во время атаки в с. Птичье 30 июня».

Сравнение с зарубежными аналогами

Хотя концепция многобашенных тяжёлых танков в целом была изначально тупиковой, ею долгие годы увлекались конструкторы многих стран, имевших развитые бронетанковые войска. Впрочем, результат был примерно одинаковым у всех: проектирование и мелкосерийный выпуск стальных «динозавров» и, в ряде случаев, неудачное их применение в бою.

Родоначальником «сухопутных дредноутов» можно считать французский тяжёлый танк Char 2C. Разработка его началась ещё в ходе Первой мировой войны, в 1917 году. Причём уже в 1919 году предполагалось выпустить 300 единиц, однако в связи с окончанием военных действий производство было резко свёрнуто. В результате, до 1923 года изготовили всего 10 танков типа 2C. Вооружение состояло из 75-мм орудия и нескольких пулемётов и размещалось в двух башнях (орудийной спереди и пулемётной сзади) и бортовых амбразурах. Будучи по меркам 1917 года достаточно прогрессивной машиной, к началу тридцатых танк уже полностью устарел как морально, так и технически. Здесь и неудачное расположение двух башен в одном ярусе, исключавшее круговой обстрел, и огромные размеры машины, и низкие проходимость и надёжность. Принять участие в боевых действиях Второй мировой они не успели — Франция капитулировала, когда танки ещё двигались на фронт по железной дороге, где их через несколько часов и уничтожила немецкая авиация.

Существует мнение, что немалое влияние на разработку танка Т-35 оказало знакомство советских инженеров с английским проектом тяжёлого танка A1E1 «Independent» (с англ.— «Независимый»). Эта машина была создана в 1926 году с оглядкой на опыт французского 2C, но благодаря более рациональной компоновке избежала ряда недостатков последнего. Вооружение располагалось в пяти башнях. Размещение всех пулемётов в четырёх однотипных башенках, сгруппированных вокруг главной башни кругового обстрела с 47-мм пушкой, значительно увеличивало гибкость огня и позволяло нацелить на один объект как минимум два пулемёта и орудие. Применение подобной схемы размещения вооружения в конструкции Т-35 подкрепляет изложенную выше версию. Но так или иначе, A1E1 «Independent» не был принят на вооружение и не пошёл в серию, что сохраняет за Т-35 лавры единственного в мире серийного пятибашенного танка.

Немецкие солдаты фотографируются на броне советского тяжелого танка Т-35, брошенного в селе Белый Камень Золочевского района Львовской области. Согласно акта на потерянные Т-35 34-й танковой дивизии, танк №183-3 «Авария двигателя. Танк оставлен экипажем в Бело-Каменке 30.6. Вооружение и боеприпасы с машины сняты и закопаны». По характерным признакам машина выпуска 1936 года. Танк из 67-го танкового полка 34-й танковой дивизии 8-го механизированного корпуса Юго-Западного фронта.

Что касается Германии, то в середине 1930-х годов фирмы «Рейнметалл-Борзиг» и «Крупп» построили небольшую партию тяжёлых трёхбашенных танков NbFz. Две спаренные пушки калибром 75 и 37 мм были установлены в центральной башне кругового вращения. Второй ярус вооружения образовывали две небольшие, диагонально разнесённые башни со спаренными пулемётами. Машина получилась компактной и довольно лёгкой (всего 35 т), что существенно увеличивало её подвижность — скорость достигала 35 км/ч. Однако бронирование танка не могло противостоять не только противотанковой артиллерии того времени, но даже противотанковым ружьям.

Английская и немецкая конструкции оказали влияние на японский тяжёлый танк «Тип 95», созданный в 1932 году. Машина имела достаточно мощное вооружение: 70-мм пушку в главной башне и 37-мм в башне меньшего размера, установленной спереди слева. Характерной особенностью «Типа 95» была пулемётная башенка в кормовой части позади силового отделения. Впрочем, из стадии опытных образцов танк так и не вышел.

Однако все эти машины не были удачными и лишний раз доказывали тупиковость многобашенной компоновки. Единственным относительно удачным образцом применения такой компоновочной схемы можно считать советский трёхбашенный средний танк Т-28.

Советский тяжелый танк Т-35 выпуска 1937 года из 67-го танкового полка 34-ой танковой дивизии 8-го механизированного корпуса Юго-Западного фронта, подбитый 30 июня 1941 года на трассе село Верба - село Птичье. Машина сдвинута на обочину, чтобы не мешать проезду. Серийный номер танка №988-16. Выписка из акта списания: «№988-16 - подбит и сгорел во время атаки в с. Птичье 30 июня».

Сохранившиеся экземпляры

По состоянию на 2016 год, известно о существовании единственного сохранившегося экземпляра танка Т-35:

Россия — Бронетанковый музей в Кубинке. В экспозиции музея представлен Т-35 № 0197-7, с 1938 года находившийся в Казанском танковом училище и не принимавший участия в боевых действиях Великой Отечественной войны. В июле 2014 года танк принимал участие в военно—историческом фестивале «Поле боя—2014», проходившем в Дубосеково.

Кроме того, создана музейная реплика танка:

Россия — Музей военной техники «Боевая слава Урала». Воссоздан по оригинальным чертежам и фотографиям на участке ремонта и реставрации военной техники и ретро-автомобилей АО «Уралэлектромедь» при содействии столичных реставраторов и 19 января 2016 года размещён в экспозиции музея.

Тактико-технические характеристики Т-35

Экипаж, чел.: 11
Разработчик: ОКМО
Производитель: ХПЗ
Годы производства: 1932—1939
Годы эксплуатации: 1932—1941
Компоновочная схема: пятибашенная, классическая
Количество выпущенных, шт.: 2 прототипа; 59 серийных

Вес Т-35

Размеры Т-35

Длина корпуса, мм: 9720
- Ширина корпуса, мм: 3200
- Высота, мм: 3430
- Клиренс, мм: 530

Броня Т-35

Тип брони: стальная катаная гомогенная
- Лоб корпуса, мм/град.: 30
- Лоб корпуса (верх), мм/град.: 50
- Лоб корпуса (середина), мм/град.: 20
- Лоб корпуса (низ), мм/град.: 20
- Борт корпуса, мм/град.: 20
- Борт корпуса (верх), мм/град.: 20
- Борт корпуса (низ), мм/град.: 20 + 10 (фальшборт)
- Корма корпуса, мм/град.: 20
- Днище, мм: 10—20
- Крыша корпуса, мм: 10
- Лоб башни, мм/град.: 15
- Борт башни, мм/град.: 20
- Корма башни, мм/град.: 20
- Крыша башни, мм: 10—15

Вооружение Т-35

Калибр и марка пушки: 1 × 76,2-мм КТ-28; 2 × 45-мм 20К
- Тип пушки: нарезная
- Длина ствола, калибров: 16,5 для КТ-28; 46 для 20К
- Боекомплект пушки: 96 для КТ-28; 226 для 20К
- Прицелы: ПТ-1 обр. 1932 г. ТОП обр. 1930 г.
- Пулемёты: 6—7 × 7,62-мм ДТ, 10080 патронов

Двигатель Т-35

Тип двигателя: V-образный 12-цилиндровый четырёхтактный карбюраторный жидкостного охлаждения М-17Л
- Мощность двигателя, л. с.: 500 при 1445 об./мин.

Скорость Т-35

Скорость по шоссе, км/ч: 28,9
- Скорость по пересечённой местности, км/ч: 14

Запас хода по шоссе, км: 100
- Запас хода по пересечённой местности, км: 80—90
- Удельная мощность, л. с./т: 10
- Тип подвески: сблокированная попарно, на горизонтальных пружинах
- Удельное давление на грунт, кг/см²: 0,78
- Преодолеваемый подъём, град.: 20
- Преодолеваемая стенка, м: 1,2
- Преодолеваемый ров, м: 3,5
- Преодолеваемый брод, м: 1

Фото Т-35

Советский тяжелый танк Т-35, брошенный на трассе Львов — Буск, недалеко от села Жидатичи (сейчас село Гамалиевка) Пустомытовского района Львовской области. Машина из 34-й танковой дивизии 8-го механизированного корпуса Юго-Западного фронта.

Советский тяжелый танк Т-35, брошенный на шоссе Золочев-Тернополь, проехав село Плугов. Танк с заводским номером 744-63 из 68-го танкового полка 34-й танковой дивизии 8-го механизированного корпуса Юго-Западного фронта. На танк нанесены знаки воздушного опознавания (треугольники). Согласно акту о потерях 68-го танкового полка: «танк Т-35 №744-63 — Заедание поршней в двигателе. Танк оставлен на пути из Злочева в Тарнополь 1 июля. Стреляющий механизм и пулеметы с машины сняты и сданы на транспортные машины дивизии». Танк с коническими башнями. Пулемет в кормовой нише главной башни отсутствует. Стенки подбашенной коробки вертикальные. Машина с подобными особенностями была выпущена в единственном экземпляре. Данный танк известен по снимку с военного парада 1 мая 1941 года на Красной площади (хорошо заметен одинаковый изгиб в передней части правой надгусеничной полки).

Немецкий солдаты рассматривают советский тяжелый танк Т-35, оставленный и подорванный экипажем на восточной окраине города Харьков возле опытной сельхозстанции, неподалеку от места, где проспект Сталина (ныне Московский проспект) переходил в Чугуевское шоссе. Танк двигался на восток в сторону Чугуева. Это один из четырех Т-35, принимавших участие в обороне города в октябре 1941 года. На танке виден нанесенный тактический знак немецкой 100 легкой пехотной дивизии (буква «S» и изображение елки). Танк с цилиндрическими башнями, на главной башне восемь креплений для установки поручневой антенны и один люк, пулеметные башни без дополнительного бронирования, глушитель раннего типа. По характерным признакам машина выпуска 1936 года. Танк №220-28. Известно, что летом 1941 г. на заводе №183 в Харькове в ожидании капитального ремонта находилось пять Т-35. На четырех машинах был произведен мелкий ремонт после чего танки были направлены в состав противотанкового отряда гарнизона города Харьков.

Тяжелый танк Т-35, брошенный из-за неисправности на дороге Сасов - Золочев в 1,5 км от села Елиховичи в сторону Сасова (Золочевский район Львовской области). Данная машина из состава 67-го танкового полка 34-й танковой дивизии 8-го механизированного корпуса Юго-Западного фронта. Согласно акта на потерянные Т-35 34-й танковой дивизии танк №200-5: «3.7.41 г. потерпела авар. кор. пер. пер. сожжена тормозная лента, приведена в негодность, вооружение снято в р-не Злочев». Танк с цилиндрическими башнями, антенна на 8 опорах, пулеметные башни с усиленным бронированием, два люка в главной башне, глушитель поздний, люк водителя двустворчатый, люки доступа к трансмиссии ранние. Вероятные годы выпуска — 1936—1938.

Советский тяжелый танк Т-35, брошенный на улице Львовская города Гродек (улица Львовская — участок дороги Перемышль-Львов в черте Гродека). Танк сброшен на обочину напротив двухэтажного кирпичного дома со звездой - дома командного состава. Машина двигалась на восток. Данная машина из 67-го танкового полка 34-й танковой дивизии 8-го механизированного корпуса Юго-Западного фронта. Танк с цилиндрическими башнями, антенна на восьми опорах, главная башня позднего типа (два люка, две вертикальные планки), пулеметные башни без усиления, глушитель позднего типа, люк водителя двустворчатый. Вероятные годы выпуска — 1937 или начало 1938.

Современные боевые танки России и мира фото, видео, картинки смотреть онлайн. В данной статье дается представление о современном танковом парке. В его основу положен принцип классификации, используемый в наиболее авторитетном на сегодняшний день справочнике, но в несколько измененном и улучшенном виде. И если последний в своем первозданном виде еще можно встретить в армиях целого ряда стран, то другие уже стали музейным экспонатом. И всего-то в течение 10 лет! Идти по стопам справочника Jane’s и не рассматривать эту боевую машину (весьма кстати любопытную по конструкции и ожесточенно обсуждаемую в свое время), составлявшую основу танкового парка последней четверти XX века, авторы посчитали несправедливым.

Фильмы про танки где до сих пор нет альтернативы этому виду вооружений сухопутных войск. Танк был и, вероятно, надолго останется современным оружием благодаря возможности сочетать в себе такие, казалось бы, противоречивые качества, как высокая подвижность, мощное вооружение и надежная защита экипажа. Эти уникальные качества танков продолжают постоянно совершенствоваться, а накопленные за десятилетия опыт и технологии предопределяют новые рубежи боевых свойств и достижений военно-технического уровня. В извечном противостоянии «снаряд - броня», как показывает практика, защита от снаряда все более совершенствуется, приобретая новые качества: активность, многослойность, самозащищенность. В то же время снаряд становится более точным и мощным.

Русские танки специфичны тем, что позволяют уничтожить противника с безопасного для себя расстояния, имеют возможность совершать быстрые маневры по бездорожью, зараженной местности, могут «пройтись» по территории, занятой противником, захватить решающий плацдарм, навести панику в тылу и подавить врага огнем и гусеницами. Война 1939-1945 гг стала наиболее тяжелым испытанием для всего человечества, так как в нее были вовлечены почти все страны мира. Это была битва титанов – ют самый уникальный период, о котором спорили теоретики в начале 1930-х и в ходе которого танки применялись в больших количествах практически всеми воюющими сторонами. В это время проходила "проверка на вшивость" и глубокое реформирование первых теорий применения танковых войск. И именно советские танковые войска все это затронуто в наибольшей степени.

Танки в бою что стали символом прошедшей войны, становым хребтом советских бронетанковых войск? Кто и в каких условиях создавал их? Каким образом СССР, потерявший большую часть своих европейских территорий и с трудом набиравший танки для обороны Москвы, смог уже в 1943 г выпустить на поля боев мощные танковые соединения?На эти вопросы призвана дать ответ эта книга, повествующая о развитии советских танков "в дни испытаний", с 1937-го по начало 1943 г. При написании книги использованы материалы архивов России и частных коллекций танкостроителей. В нашей истории был период, который отложился в моей памяти с каким-то гнетущим чувством. Он начался с возвращения наших первых военных советников из Испании, а прекратился только в начале сорок третьего, – рассказывал бывший генеральный конструктор САУ Л. Горлицкий, – ощущалось какое-то предгрозовое состояние.

Танки второй мировой войны именно М. Кошкин, чуть ли не подпольно (но, конечно, при поддержке "мудрейшего из мудрых вождя всех народов"), смог создать тот танк, что спустя несколько лет повергнет в шок немецких танковых генералов. И мало того, он не просто создал его, конструктору удалось доказать этим глупцам-военным что именно его Т-34 нужен им, а не очередной колесно-гусеничный "автострадник. Автор находится на несколько иных позициях, которые сформировались у него после знакомства с предвоенными документами РГВА и РГАЭ. Поэтому, работая над этим отрезком истории советского танка, автор неизбежно будет противоречить кое-чему "общепринятому". Данная работа описывает историю советского танкостроения в самые трудные годы – от начала радикальной перестройки всей деятельности конструкторских бюро и наркоматов в целом, во время бешеной гонки по оснащению новых танковых соединений РККА, перевода промышленности на рельсы военного времени и эвакуации.

Танки википедия автор хочет выразить свою особую благодарность за помощь в подборе и обработке материалов М. Коломийцу, а также поблагодарить А. Солянкина, И. Желтова и М. Павлова, – авторов справочного издания "Отечественные бронированные машины. XX век. 1905 – 1941", так как эта книга помогла понять судьбу некоторых проектов, неясную прежде. Также хочется вспомнить с благодарностью те беседы с Львом Израэлевичем Горлицким, бывшим главным Конструктором УЗТМ, которые помогли по новому взглянуть на всю историю советского танка в годы Великой Отечественной войны Советского Союза. У нас сегодня почему-то принято говорить о 1937 -1938 гг. только с точки зрения репрессий, но мало кто вспоминает, что именно в этот период были рождены те танки, что стали легендами военной поры…" Из воспоминачий Л.И. Горлинкого.

Советские танки подробная оценка о них того времени звучала из многих уст. Многие старые люди вспоминали, что именно с событий в Испании всем стало ясно, что война все ближе подбирается к порогу и воевать придется именно с Гитлером. В 1937 г. начались массовые чистки и репрессии в СССР и на фоне этих непростых событий советский танк начал превращаться из "механизированной кавалерии" (в которой одно из его боевых качеств выпячивалось за счет снижения других) в сбалансированную боевую машину, обладающую одновременно мощным вооружением, достаточным для подавления большинства целей, хорошей проходимостью и подвижностью при броневой защите, способной сохранить его боеспособность при обстреле наиболее массовыми противотанковыми средствами вероятного противника.

Большие танки рекомендовалось вводить в состав дополнительно только специальные танки – плавающие, химические. Бригада имела теперь 4 отдельных батальона по 54 танка и была усилена за счет перехода от трехтанковых взводов к пятитанковым. Кроме того, Д. Павлов обосновал от каз от формирования в 1938 г. к четырем имеющимся мехкорпусам еще трех дополнительно, считая, что эти соединения немобильны и трудноуправляемы, а главное – требуют иной организации тылов. Тактико-технические требования к перспективным танкам, как и ожидалось, были скорректированы. В частности, в письме от 23 декабря начальнику КБ завода № 185 им. С.М. Кирова новый начальник потребовал усилить бронирование новых танков с тем, чтобы на дистанции 600-800 метров (эффективная дальность).

Новейшие танки мира при проектировании новых танков необходимо предусмотреть возможность увеличения уровня броневой защиты во время модернизации по крайней мере на одну ступень…" Эта задача могла быть решена двумя путями Во-первых, увеличением толщины броневых листов и, во-вторых, "применением брони повышенной сопротивляемости". Нетрудно догадаться, что второй путь считался более перспективным, так как применение особым образом упрочненных броневых листов, или даже двухслойной брони, могло при сохранении прежней толщины (и массы танка в целом) поднять ее стойкость в 1,2-1,5 раза. Именно этот путь (применение особо упрочненной брони) и был выбран в тот момент для создания новых типов танков.

Танки СССР на заре танкового производства наиболее массово применялась броня, свойства которой по всем направлениям были идентичны. Такая броня называлась гомогенной (однородной), и с самого начала броневых дел мастера стремились к созданию именно такой брони, ведь однородность обеспечивала стабильность характеристик и упрощала обработку. Однако в конце XIX века было замечено, что при насыщении поверхности броневой плиты (на глубину от нескольких десятых долей до нескольких миллиметров) углеродом и кремнием ее поверхностная прочность резко повышалась, тогда как остальная часть плиты оставалась вязкой. Так в обиход вошла гетерогенная (неоднородная) броня.

Военные танки применение гетерогенной брони было очень важно, так как увеличение твердости всей толщи броневого листа приводило к уменьшению его упругости и (как следствие) к увеличению хрупкости. Таким образом, наиболее прочная броня при прочих равных условиях оказывалась очень хрупкой и часто кололась даже от разрывов осколочно-фугасных снарядов. Поэтому на заре броневого производства при изготовлении гомогенных листов задача металлурга заключалась в том, чтобы достичь максимально возможной твердости брони, но при этом не потерять ее упругости. Поверхностно упрочненная насыщением углеродом и кремнием броня была названа цементированной (цементованной) и считалась в то время панацеей от многих бед. Но цементация – процесс сложный, вредный (например, обработка раскаленной плиты струей светильного газа) и сравнительно дорогой, и потому его освоение в серии требовало больших затрат и повышения культуры производства.

Танк военных лет даже в эксплуатации эти корпуса были менее удачными, чем гомогенные, так как без видимых на то причин в них образовывались трещины (преимущественно в нагруженных швах), да и ставить заплатки на пробоины в цементованных плитах в ходе ремонта было весьма затруднительно. Но все же ожидалось, что танк, защищенный 15-20-мм цементованной броней, будет эквивалентен по уровню защиты такому же, но укрытому 22-30-мм листами, без значительного увеличения массы.
Также к середине 1930-х в танкостроении научились упрочнять поверхность сравнительно тонких бронеплит неравномерной закалкой, известной с конца XIX века в судостроении как "метод Круппа". Поверхностная закалка приводила к значительному увеличению твердости лицевой стороны листа, оставляя основную толщу брони вязкой.

Как стреляют танки видео до половины толщины плиты, что было, конечно, хуже, чем цементация, так как при том, что твердость поверхностного слоя была выше, чем при цементации, упругость листов корпуса значительно снижалась. Так что "метод Круппа" в танкостроении позволял поднять прочность брони даже несколько больше, чем цементация. Но та технология закалки, что применялась для морской брони больших толщин, уже не годилась для сравнительно тонкой брони танков. До войны этот способ почти не применялся в нашем серийном танкостроении из-за трудностей технологического характера и сравнительно высокой стоимости.

Боевое применение танков наиболее отработанной для танков была 45-мм танковая пушка обр 1932/34 гг. (20К), и до событии в Испании считалось, что ее мощности вполне хватает для выполнения большинства танковых задач. Но бои в Испании показали, что 45-мм орудие может удовлетворять только задаче борьбы с вражескими танками, так как даже обстрел живой силы в условиях гор и леса оказывался малоэффективным, а уж вывести из строя окопанную вражескую огневую точку можно было только в случае прямого попадания. Стрельба же по укрытиям и ДЗОТам была неэффективна вследствие малого фугасного действия снаряда массой всего около двух кг.

Виды танков фото чтобы даже одно попадание снаряда надежно выводило из строя противотанковую пушку или пулемет; и в-третьих, чтобы увеличилось пробивное действие танковой пушки по броне вероятного противника, так как на примере французских танков (уже имевших толщину брони порядка 40-42 мм) стало ясно, что броневая защита иностранных боевых машин имеет тенденцию к значительному усилению. Для этого существовал верный путь – увеличение калибра танковых пушек и одновременное увеличение длины их ствола, так как длинная пушка большего калибра ведет огонь более тяжелыми снарядами с большей начальной скоростью на большее расстояние без исправления наводки.

Лучшие танки мира имели пушку большого калибра, также имеет большие размеры казенной части, значительно больший вес и увеличенную реакцию отдачи. А это требовало увеличения массы всего танка в целом. Кроме того, размещение в замкнутом объеме танка больших по габаритам выстрелов приводило к снижению возимого боекомплекта.
Положение усугублялось тем, что в начале 1938 г. вдруг оказалось, что дать заказ на проектирование нового, более мощного танкового орудия просто некому. П. Сячинтов и вся его конструкторская группа были репрессированы, так же как и ядро КБ "Большевика" под руководством Г. Магдесиева. На воле осталась лишь группа С. Маханова, который с начала 1935 г. пытался довести свое новое 76,2-мм полуавтоматическое единое орудие Л-10, да коллектив завода № 8 неспешно доводил "сорокапятку".

Фото танков с названиями количество разработок велико, но в серийное производство в период 1933-1937 гг. не принят ни один…". В самом деле, ни один из пяти танковых дизелей воздушного охлаждения, работа над которыми велась в 1933-1937 гг. в двигательном отделе завода № 185, доведен до серии не был. Более того, несмотря на решения на самых верхних уровнях о переходе в танкостроении исключительно на дизельные двигатели, процесс этот сдерживался рядом факторов. Конечно, дизель имел значительную экономичность. Он расходовал меньшее количество топлива на единицу мощности в час. Дизельное топливо менее подвержено возгоранию, так как температура вспышки его паров была весьма высока.

Новые танки видео даже наиболее доведенный из них танковый двигатель МТ-5 требовал для серийного выпуска реорганизации двигательного производства, что выражалось в постройке новых цехов, поставках передового иностранного оборудования (своих станков нужной точности еще не было), финансовых инвестициях и укреплении кадров. Планировалось, что в 1939-м этот дизель мощностью 180 л.с. пойдет на серийные танки и артиллерийские тягачи, но из-за следственных работ по выяснению причин аварий танковых двигателей, которые длились с апреля по ноябрь 1938 г., эти планы выполнены не были. Также была начата и разработка немного увеличенного по высоте шестицилиндрового бензинового мотора № 745 мощностью 130-150 л.с.

Марки танков удельными показателями, вполне устраивавшими танкостроителей. Испытания танков проводились по новой методике, специально разработанной по настоянию нового начальника АБТУ Д. Павлова применительно к боевой службе в военное время. Основой испытаний был пробег протяженностью 3-4 дня (не менее 10-12 часов ежедневного безостановочного движения) с однодневным перерывом для техосмотра и производства восстановительных работ. Причем ремонт разрешалось производить только силами полевых мастерских без привлечения заводских специалистов. Далее следовала "площадка" с препятствиями, "купание" в воде с дополнительной нагрузкой, имитировавшей пехотный десант, после чего танк отправлялся на обследование.

Супер танки онлайн после работы по улучшению, казалось, снимали с танков все претензии. И общий ход испытаний подтвердил принципиальную правильность основных изменений конструкции – увеличение водоизмещения на 450-600 кг, применение двигателя ГАЗ-М1, а также трансмиссии и подвески "Комсомольца". Но в ходе испытаний в танках вновь проявились многочисленные мелкие дефекты. Главный конструктор Н. Астров был отстранен от работ и в течение нескольких месяцев находился под стражей и следствием. Кроме того, танк получил новую башню улучшенной защиты. Измененная компоновка позволила разместить на танке больший боекомплект к пулемету и два маленьких огнетушителя (прежде огнетушителей на малых танках РККА не было).

Танки США в рамках работ по модернизации, на одном серийном образце танка в 1938-1939 гг. прошла испытания торсионная подвеска, разработанная конструктором КБ завода № 185 В. Куликовым. Она отличалась конструкцией составного короткого соосного торсиона (длинные моноторсионы нельзя было использовать соосно). Однако такой короткий торсион на испытаниях показал недостаточно хорошие результаты, и потому торсионная подвеска в ходе дальнейших работ не сразу проложила себе дорогу. Преодолеваемые препятствия: подъемы не менее 40 градусов, вертикальная стенка 0,7м, перекрываемый ров 2-2,5 м".

Ютуб про танки работы по изготовлению опытных образцов двигателей Д-180 и Д-200 для разведывательных танков не ведутся, ставя под угрозу выпуск опытных образцов". Оправдывая свой выбор, Н. Астров говорил, что колесно-гусеничный неплавающий разведчик (заводское обозначение 101 или 10-1), равно как и вариант танка-амфибии (заводское обозначение 102 или 10-2), являются компромиссным решением, так как удовлетворить требованиям АБТУ в полной мере не представляется возможным. Вариант 101 представлял собой танк массой 7,5 т с корпусом по типу корпуса, но с вертикальными бортовыми листами цементованной брони толщиной 10-13 мм, так как: "Наклонные борта, вызывая серьезное утяжеление подвески и корпуса, требуют значительного (до 300мм) уширения корпуса, не говоря уже об усложнении танка.

Видео обзоры танков в которых силовой агрегат танка планировалось выполнить на базе 250-сильного авиамотора МГ-31Ф, который осваивался промышленностью для сельскохозяйственных самолетов и автожиров. Бензин 1-го сорта размещался в танке под полом боевого отделения и в дополнительных бортовых бензобаках. Вооружение полностью отвечало заданию и состояло из спаренных пулеметов ДК калибра 12,7-мм и ДТ (во втором варианте проекта значится даже ШКАС) калибра 7,62-мм. Боевая масса танка с торсионной подвеской составляла 5,2 т, с рессорной – 5,26 т. Испытания прошли с 9 июля по 21 августа по методике, утвержденной в 1938 г., причем особое внимание уделялось танкам.

18 июля 1929 года Народный комиссариат по военным и морским делам СССР принял «Систему танко-тракторного и авто-броневого вооружения Рабоче-Крестьянской Красной Армии» (далее – Система). Ею утверждалась структура бронетанковых вооружений СССР, классификация танков и их функции в будущих военных конфликтах. Согласно этой системе промышленность должна была спроектировать и сконструировать новые бронированные машины, которые должны были соответствовать тактико-техническим характеристикам, описанным Системой, и выполнять поставленные ею задачи.

Особняком в списке танков стоял «мощный танк особого назначения», относившийся к танкам резерва Главного командования. По замыслу разработчиков системы это должен был быть тяжелый танк прорыва с мощным артиллерийским вооружением, способный выдерживать огонь противотанковой артиллерии противника. Подразделения, вооруженные такими танками, могли бы перебрасываться на участки фронтов будущих войн для обеспечения прорыва линий укреплений противника.

Совещание в Наркомате обороны, 1936 год
Источник – «Жизнь замечательных людей. Тухачевский», Соколов Б. Н.

Однако амбициозным планам своего руководства советские конструкторы и промышленность СССР в тот период времени не соответствовали. После Гражданской войны конструкторский корпус страны понес катастрофические потери – многие специалисты погибли или эмигрировали. И хотя в 20-е годы на предприятия и в конструкторские бюро начали поступать новые кадры из возрожденных и вновь созданных технических вузов, этим людям не хватало опыта. У старых же конструкторов опыта в танкостроении было явно недостаточно, так как царская Россия собственных танков не производила.

На нижегородском судостроительном предприятии «Красное Сормово» в 1920–21 годах выпустили небольшую серию в 15 танков «КС» (в некоторых источниках их именуют по личному имени первой выпущенной машины, как танк «Борец за свободу тов. Ленин»). Это была практически точная копия французского танка «Рено» FT-17, трофейный экземпляр которого был предоставлен заводу для копирования. Но опыта создания принципиально новой собственной техники нижегородцы не имели.

Во многом именно поэтому СССР вынужденно приобретал проекты готовых легких танков за рубежом – в США и Великобритании. Проекты же тяжелых и средних танков Советскому Союзу в то время не продавали, так как в капиталистических странах справедливо предполагали, что на полях будущих сражений армия социалистического государства может стать их противником.

Так, в Англии на предприятии компании «Виккерс», где советская делегация договаривалась о приобретении 6-тонного танка, позже ставшего прототипом советского Т-26, в это же время проходили испытания тяжелого пятибашенного танка Виккерс A1E1 «Индепендент», из чего секрета никто не делал. Британцы широко освещали в прессе новинки своего танкостроения, так как британская армия бронетехники закупала мало, и частные танкостроительные предприятия искали пути привлечения иностранных заказов. Однако англичане были избирательны в выборе клиентов – когда глава советской делегации предложил им продать несколько экземпляров танка, техническую документацию и права на его производство, британское правительство ответило категорическим отказом. Все, что смогли сделать представители СССР, – это собрать из открытых источников максимум информации об этой машине.


Английский тяжелый пятибашенный опытный танк A1E1 «Индепендент» компании «Виккерс»
в экспозиции танкового музея в Бовингтоне
Источник – balancedrink.com

Задача самостоятельно сконструировать тяжелый танк прорыва была поставлена перед конструкторами Главного конструкторского бюро Орудийно-оружейно-пулеметного объединения. Однако начало проектных работ показало, что для решения такой сложной задачи советским инженерам все еще не хватает опыта, и работы над проектами танков прорыва Т-30 и Т-32 были приостановлены. Не смогли решить эту задачу и инженеры Авто-танко-дизельного отдела Экономического управления ОГПУ – одной из первых советских «шарашек» (тюремных КБ, в которых отбывали срок заключенные инженеры-конструкторы). Их проект танка прорыва весом до 70 тонн, разработанный в конце 1930 – начале 1931 годов, оказался неудачным.


Эскиз танка Т-30. Источник – topwar.ru

В марте 1930 года на завод «Большевик» для организации совместной работы в полном составе прибыло немецкое конструкторское бюро инженера Эдварда Гроте. Если с Англией, Францией и США советские делегации вели переговоры о приобретении готовых танков и прав на их производство, то с Германией, которой после поражения в Первой мировой войне было запрещено развивать собственное танкостроение, отношения выстраивались по-другому. В СССР проходили испытания созданные втайне немецкие танки, которые во всех документах числились как «гросс- и кляйнетракторы» (нем. – «большие и малые тракторы»). Кроме того немецкие курсанты обучались в танковой школе «Кама» под Казанью, а также были созданы несколько совместных КБ, где немецкие и советские инженеры совместно работали над созданием новых образцов военной и гражданской техники. Было решено привлечь немецких конструкторов и к созданию средних и тяжелых танков. Предпочтение отдали конструкторскому бюро Эдварда Гроте. Руководитель Управления механизации и моторизации РККА (далее – УММ), а по совместительству и глава зарубежных делегаций, занимавшихся ведением переговоров по приобретению иностранной техники и привлечению в СССР иностранных специалистов, командарм 2 ранга И. А. Халепский называл его «бюро Гротто». Решающим в выборе оказался тот факт, что один из инженеров бюро был коммунистом, а сам Гроте симпатизировал Советскому Союзу.

В СССР было создано совместное КБ АВО-5, куда по настоянию наркома тяжелой промышленности Серго Орджоникидзе были включены и советские конструкторы – Н. В. Барыков, Л. С. Троянов и другие. Немецкие и советские инженеры разработали проекты сразу двух танков: среднего ТГ-1 и тяжелого танка прорыва ТГ-5. В металле был реализован только прототип среднего танка, но и он в серию не пошел, так как был слишком дорогим и сложным в производстве. Однако опыт, полученный советскими конструкторами в процессе совместной работы с немцами, оказался поистине бесценным.

В августе 1931 года советское правительство отказалось от дальнейших услуг немецких инженеров, и те вернулись на родину. АВО-5 было реорганизовано, теперь его возглавил бывший заместитель Эдварда Гроте – Н. В. Барыков. После реорганизации КБ советские конструкторы вернулись к проекту танка Т-30, который к началу 1932 года довели до создания полноразмерного деревянного макета. Однако на этой стадии проект остановили. Дело в том, что ранее, в ноябре 1931 года, УММ поставило перед конструкторами задачу создать танк прорыва минимум с тремя орудиями, прототип которого нужно было изготовить к августу 1932 года. В танке Т-30, две башни которого размещались одна на другой, это было технически невозможно.


Николай Всеволодович Барыков – конструктор танка Т-35. Источник – ru.wikipedia.org

Было принято решение создать проект нового танка. Компоновку будущей машины позаимствовали у британского «Индепендента». Т-35 (такой индекс присвоили новому проекту) должен был стать пятибашенным танком с мощным артиллерийским и пулеметным вооружением (76,2-мм пушка, две 37-мм пушки и шесть пулеметов), длинным, тяжелым (60 тонн), медленным (20–25 км/ч на ровной местности) и обладавшим броней, способной выдерживать попадания пуль и фугасных снарядов (30–50 мм).

Работы над Т-35 шли ударными темпами. Уже 20 августа 1932 года был готов его прототип Т-35-1. 1 сентября машину показали комиссии УММ РККА. В главной цилиндрично-сферической штампованной башне нового танка была установлена экспериментальная танковая пушка ПС-3 конструкции П. Н. Сячинтова, а в правой передней и левой задней башнях располагались 37-мм полуавтоматические противотанковые пушки ПС-2, разработанные этим же конструктором. Левая передняя и правая задняя башни вооружались пулеметами ДТ, к тому же один пулемет находился в шаровой установке основной башни, а еще один – с левой стороны в лобовом листе корпуса танка.


Прототип танка Т-35-1 во время испытаний вооружения. В главной башне танка – пушка ПС-3 № 2
Источник – theaces.ru

В то время танк впечатлял своими размерами, количеством башен и вооружения. Уже 1 мая 1933 года Т-35-1 участвовал в параде в Москве, и с этого момента до самого начала Великой Отечественной войны он будет одной из основных «изюминок» военных парадов, проводимых в Москве, Ленинграде, Харькове и Киеве.

В танке Т-35-1 были реализованы многие инженерные решения, воплощенные в танке ТГ-1 – в частности система пневмоуправления. Однако полигонные испытания показали, что система слишком капризна для использования ее в боевых условиях.


Первый прототип Т-35, оснащенный макетом орудия ПС-3 на параде в Москве. 7 ноября 1932 года
Источник – theaces.ru

Для танка ТГ-1 Эдвард Гроте конструировал специальный двигатель, но так его и не завершил. Для временного решения проблемы, чтобы провести испытания ходовой части, инженеры АВО-5 разработали способ установки в танк двигателя М-6. Теперь это временное решение, уже в качестве постоянного, «перекочевало» в новую разрабатываемую машину Т-35. Двигатель М-6 (или «Испано-300» – советская копия французского двигателя «Испано-Сюиза» 8Fb), неплохо показавший себя на танке ТГ-1, на Т-35 не выдерживал нагрузок и постоянно перегревался.

В феврале 1933 года танковое производство завода «Большевик» выделили в отдельное специализированное предприятие №174. В это же время АВО-5 трансформировалось в опытно-конструкторский машиностроительный отдел (далее – ОКМО) этого завода, пребывая под руководством все того же Н. В. Барыкова. Несмотря на организационные пертурбации, ОКМО не прекращал работы над совершенствованием конструкции Т-35. Началось создание второго прототипа машины – Т-35-2. Штампованную башню заменили на сварную цилиндрическую, которую, по личному указанию Сталина, унифицировали с основной башней недавно созданного среднего танка Т-28. Двигатель заменили на более мощный М-17, но силовая установка по-прежнему перегревалась, и эту «болезнь» своего детища конструкторы так и не смогли полностью изжить. Были также изменены конструкции трансмиссии, коробки передач и подвески. Основными задачами вносимых изменений были повышение надежности танка и уменьшение его стоимости. В металле машина была завершена к апрелю 1933 года.


Опытный советский средний танк ТГ-1 конструкции Эдварда Гроте
Источник – blog.anisotropic.ru

Сразу же после окончания доработки Т-35-2 началась разработка третьего прототипа танка – Т-35А. Для увеличения проходимости машины ее сделали длиннее, добавив по одной колесной тележке с каждого борта. Кроме того, в малых артиллерийских башнях разместили 45-мм противотанковые пушки. Небольшие изменения претерпел и корпус танка. Между тем еще до полного проведения всех необходимых испытаний проектная документация на Т-35-2 и он сам были отправлены на Харьковский паровозостроительный завод (далее – ХПЗ) для подготовки поточного производства. Туда же в июне 1932 года была отправлена и проектная документация на Т-35А. В результате именно прототип Т-35-2 пошел в серию под индексом Т-35. Его компоновка была довольно интересной – корпус танка разделялся четырьмя перегородками на пять отделений. Впереди находилось отделение передних башен с постом управления танком, а в правой башне (№2) размещалась 45-мм танковая пушка образца 1932/38 годов (20-К). В этой же башне находился пост помощника командира танка, который был обязан вести огонь из пушки. Функции заряжающего выполнял командир башни. В пулеметной передней башне (№3) находился механик-водитель, который был обязан вести огонь из пулемета и следить за двигателем танка. В случае выбытия танкового техника он должен был заменить его за рычагами управления танком.


Вид на место танкового техника (водителя) танка Т-35

Танковый техник находился на посту управления. Во время боя в его обязанность входило управление танком, а в небоевой обстановке он отвечал за руководство механиками-водителями. Пост управления находился у Т-35 очень неудобно – между выступавшими вперед обводами корпуса, которые с обеих сторон ограничивали обзор технику – он мог видеть лишь узкий сектор поля боя, а потому любой маневр вправо или влево осуществлялся танком практически вслепую.

Второе отделение являлось боевым. Над ним находилась основная башня (№1), размещенная на шестигранном основании. Здесь, справа от орудия, размещался командир танка. Помимо управления машиной в его обязанности входило ведение огня из пулемета и заряжание орудия. Наведением орудия занимался башенный командир, размещавшийся слева от орудия.

Радиотелеграфист располагался в задней части башни. Во время боя он был обязан помогать командиру танка заряжать основное орудие. Под башней находился подвесной пол, на котором располагались все размещавшиеся в башне танкисты. Здесь же хранился боекомплект основного орудия танка.


Подвесной пол главной башни танка Т-35
Источник – bronetexnika.moy.su

Третьим было отделение задних башен. Командир башни №4, вооруженной 45-мм пушкой, был заместителем командира башни №1 и отвечал за ведение огня из 45-мм пушки. Заряжал эту пушку младший механик-водитель, подчинявшийся технику и также следивший за ходовой частью танка. Огонь из пулемета ДТ, расположенного в башне №5, вел командир этой башни.

Следующим было моторное отделение, в котором располагалась силовая установка танка. В кормовой части располагалось трансмиссионное отделение, что предопределяло использование заднего привода у Т-35. Вообще, для советских танков было характерно совместное размещение силовой установки и трансмиссии в кормовой части. Это позволяло избежать необходимости «тянуть» через весь танк карданный вал, что неизбежно приводило бы к увеличению высоты машины и, как следствие, ее поражаемого силуэта, чем «грешили» немецкие танки.

Экипаж Т-35 в бою составлял 10 человек, но дополнительно в него входили старший механик-водитель и моторист, которые следовали в обозе и помогали поддерживать машину в рабочем состоянии в перерывах между боями.

Первый серийный танк был изготовлен в Харькове к 1 ноября 1933 года и принял участие в параде в честь 16-й годовщины Революции, проходившем в столице советской Украины (Харьков был ею до июня 1934 года). В этот же день прототипы Т-35-1 и Т-35-2 принимали участие в параде в Москве.


Танки Т-35-1 (справа) и Т-35-2 (слева), Москва, 7 ноября 1933 года
Источник – army.lv

Но то, что красиво смотрелось на парадах, в жизни было далеко не таким безукоризненным. Т-35 оказался танком «сырым» и капризным. Прошел целый год, прежде чем харьковчанам удалось устранить большую часть дефектов и недоделок. Кроме этого, срыву планов по серийному выпуску танка мешала плохая работа смежников, которые не вовремя поставляли комплектующие на предприятие. Так, к 1 января 1934 года три готовых корпуса Т-35 не были обеспечены орудиями.

Непростая ситуация сложилась и с вооружением танка. Его планировалось оснастить пушками ПС-2 и ПС-3 конструкции Сячинтова, но они так и не были запущены в производство. В марте 1932 года на вооружение Красной армии была принята 45-мм пушка 20К разработки завода №8, которой заменили 37-мм пушку. В то же время завод «Красный путиловец» никак не мог наладить производство 76-мм орудия ПС-3 – главный конструктор артиллерийского КБ завода И. А. Маханов утверждал, что эта пушка плохо сконструирована и нетехнологична. Взамен он настойчиво предлагал 76-мм пушку Л-10 собственной конструкции, однако ее полигонные испытания показали, что эта артиллерийская система «сырая», в достаточной мере не отработанная и обладает множеством дефектов.


Главная башня танка T-35 на срубе во время испытаний орудия ПС-3. 17–21 марта 1933 года
Источник – soboli.net

В результате на танки начали устанавливать менее совершенную, но проверенную танковую 76,2-мм пушку КТ-28 («Кировская танковая») образца 1927/32 годов, в которой использовалась качающаяся часть полевой полковой пушки образца 1927 года. В это же время пушку КТ-28 устанавливали и на трехбашенный средний танк Т-28 с основной башней, аналогичной Т-35, поэтому проблем с заменой орудия не возникло.

Корпус танка был в основном сварным. Это новшество переняли у конструкции танка ТГ-1, который впервые в истории изготовили полностью сварным. Клепаными были только боковые броневые экраны, прикрывавшие подвеску и катки танка. Лоб корпуса защищался бронеплитами толщиной от 20 до 50 мм, борта и корма – 20 мм. Однако опыт войны в Испании показал, что бронирование танка меньше 30 мм делает его легкой добычей для 20- и 37-мм противотанковой артиллерии. Постановлением Правительства от 25 июля 1937 года ХПЗ обязали начать работы по дополнительному бронированию танков Т-35: до 60 мм – лобовых, и до 30 мм – бортовых бронедеталей. В ноябре показатели изменили: борт – 40–45 мм, башни – 40–55 мм, в результате чего масса машины возросла с 55 до 60 т. Кроме того, заводу было необходимо спроектировать новые конические башни с наклонными лобовыми и боковыми бронелистами.


Пушка КТ-28 в броневой маске танка Т-35. Источник – bronetexnika.moy.su

Однако завод, как и многие другие предприятия и КБ страны, понес тяжелые потери в инженерно-конструкторском составе – в разгаре были репрессии, начатые главой НКВД Г. Г. Ягодой и продолженные его преемником Н. И. Ежовым. У ХПЗ попросту не хватало кадров, чтобы провести необходимые конструкторские работы, поэтому к ним были подключены конструкторы ленинградских заводов №179 им. Кирова и №185 (в который в 1934 году выделили ОКМО). Ленинградцы имели больше опыта, чем их харьковские коллеги, так как многие из них участвовали в разработке Т-35 и в 1938 году работали над созданием новых тяжелых танков СМК-1, КВ-1 (завод №179) и Т-100 (завод №185).

С конца 1938 года ХПЗ начинает производить новый Т-35 с усиленной броней и коническими башнями. Кроме того, в кормовой части некоторых танков установили еще один пулемет в шаровой установке. Харьковчане уже успели собрать от 6 до 10 новых машин, когда постановлением Главного военного совета СССР от 8 июня 1939 года танк Т-35 сняли с производства. Испытания показали, что новые тяжелые танки, разрабатывавшиеся в Ленинграде, перспективнее, чем безнадежно устаревший Т-35.


Танк Т-35 с коническими башнями и наклонной подбашенной коробкой, Москва,
1 мая 1940 года. Это «шпионское» фото сделано из окон американского посольства
Источник – «Сухопутные линкоры Сталина», Максим Коломиец

Единственным военным конфликтом, в котором принял участие Т-35, стала Великая Отечественная война. Ни во время Польского похода сентября 1939 года, ни во время Советско-финской войны 1939–1940 годов единственный тяжелый советский танк прорыва не использовался, несмотря на то что указания на это есть в отдельных зарубежных источниках. Т-35 стал главным «паркетным» танком СССР, основной задачей которого было вводить в заблуждение западных дипломатов и разведчиков относительно уровня развития советской бронетехники.

Военные отмечали низкую надежность Т-35, особенно выпуска 1933–36 годов – машины постоянно ломались, а их двигатели перегревались. 27 июня 1940 года в Москве состоялось совещание «О системе автобронетанкового вооружения Красной армии», на котором в том числе обсуждался и вопрос дальнейшей целесообразности эксплуатации Т-35. Мнения разделились, но, в конце концов, было принято решение оставить эти танки в частях до их полного износа.


Ходовая часть Т-35 со снятыми бронеэкранами
Источник – dezle.net

В результате почти все пригодные к эксплуатации танки (51 из 59 серийных Т-35) оказались в полках 34-й танковой дивизии 8-го механизированного корпуса Киевского Особого военного округа (КОВО). Четыре из них требовали капитального ремонта, поэтому перед самой войной три танка были отправлены из Львовской области, где размещался 8-й мехкорпус, на ХПЗ.

Боевой путь танков Т-35 оказался очень коротким. Уже в первые часы войны командиру корпуса генерал-лейтенанту Д. И. Рябышеву было приказано наступать на запад. Его танки уже успели совершить 70–80-километровый марш, когда был получен новый приказ – вернуться в исходную точку и на следующий день продвинуться на 120 километров на северо-восток к городу Броды. В результате этих хаотических передвижений путь корпуса оказался усеян танками Т-35, которые ломались на марше и были брошены или уничтожены экипажами. Так как танк был давно снят с производства, запчастей к нему не хватало, а из-за огромной по тем временам массы Т-35 его было крайне сложно эвакуировать. Часть машин осталась на ремонтной базе во Львове, где части мехкорпуса, следовавшие через город, были атакованы просочившимися в город украинскими националистами, с которыми пришлось принять бой.

На этом злоключения Рябышева и его солдат не закончились. 26 июня корпус начал наступление от города Броды на север, в направлении на город Дубно. Рябышев планировал продолжить его и 27 июня, когда в 4 часа утра прибыл нарочный с приказом отходить на юг. Корпус уже начал отводить свои подразделения, когда в 6 часов 40 минут поступил новый приказ – снова наступать на Дубно. У Рябышева под рукой были только не успевшая отступить 34-я дивизия (в которой еще оставалось какое-то количество исправных танков Т-35), один полк 12-й танковой дивизии и мотоциклетный полк. Командир 8-го мехкорпуса хотел дождаться утра 28 июня, чтобы снова собрать воедино свои силы и атаковать противника, но сделать это ему не дали. Прибывший член Военного совета Юго-Западного фронта корпусной комиссар Н. Н. Вашугин, грозя трибуналом, потребовал, чтобы корпус немедленно шел в наступление теми силами, какими он располагал на данный момент. В результате из имевшихся войск на скорую руку была создана группа бригадного комиссара Попеля, которая начала наступление на Дубно, а Рябышев остался в Бродах собирать и организовывать остальные силы.


Советский тяжелый танк Т-35 68-го танкового полка 34-й танковой дивизии 8-го механизированного
корпуса, брошенный из-за неисправности в 2 километрах к северо-востоку от села Новый Ярычев
Каменко-Бугского района Львовской области
Источник – waralbum.ru

Когда группа Попеля достигла Дубно, штаб Юго-западного фронта снова поменял свои планы, и наступление на город остальными подразделениями фронта было остановлено. В результате все танки Т-35 34-й дивизии, как и почти вся бронетехника группы Попеля, были потеряны в боях за Дубно. Последние танки были подбиты в бою и сгорели 30 июня 1941 года в районе станции Птичья, где Попелю удалось на какое-то время прорвать оборону противника. В образовавшуюся брешь проскользнул обоз с ранеными под прикрытием части танков группы, но остальные подразделения прорваться вслед за ним не смогли. Попель уничтожил остававшиеся у него танки (19 единиц Т-26 и 4 единицы Т-34) и лесами вывел остатки группы из окружения. Немецкие солдаты и офицеры любили фотографироваться на фоне удивительных многобашенных «русских монстров», поэтому осталось множество документальных свидетельств трагических судеб танков Т-35 и их экипажей.


Могилы немецких солдат на фоне советского танка Т-35 из группы Попеля, подбитого на трассе поселок
Верба – поселок Птичья, 30.06.1941. Две белые полоски на башне – тактический знак 67-го танкового
полка 34-й танковой дивизии 8-го механизированного корпуса. Машина выпуска 1937 года,
серийный номер №988-16. Источник – waralbum.ru

Немцы отремонтировали один из захваченных Т-35 и отправили его в Германию для проведения испытаний на полигоне в Куммерсдорфе. Дальнейшая судьба этого танка автору неизвестна.


Т-35 в Куммерсдорфе. Источник – nektonemo.livejournal.com

Те немногие танки Т-35, которые к середине июля 1941 года оставались в составе разгромленного 8-го мехкорпуса, были отправлены на ХПЗ для проведения капитального ремонта. Они приняли участие в обороне Харькова в октябре 1941 года – в основном в качестве неподвижных огневых точек.


Немецкие офицеры фотографируются на подбитом советском танке Т-35, брошенном в районе
Григоровки (тогдашнее предместье Харькова). Танк оставался стоять на нынешней улице
Тельмана между домами №14 и №16. Источник – waralbum.ru

Два Т-35, находившиеся в танковом парке Высшей академии механизации и моторизации, вошли в сводный танковый полк академии, но так как на фронт он отправлен не был, то, скорее всего, эти танки участия в боевых действиях не принимали. Еще два Т-35, принадлежавшие Казанским бронетанковым курсам усовершенствования технического состава, до конца войны использовались для обучения механиков-водителей.

Единственный уцелевший на сегодня экземпляр танка Т-35 находится в Центральном музее бронетанкового вооружения и техники Министерства обороны Российской Федерации в Кубинке.

На базе танка Т-35 в 1934–40 годах было создано две 152-мм САУ СУ-14-Бр-2. Они участвовали в обороне Москвы в составе сводного дивизиона, куда кроме них входила САУ-100-Y, созданная на базе экспериментального танка Т-100. Единственная уцелевшая САУ СУ-14-Бр-2 также экспонируется в Кубинке.


Танк Т-35 в Центральном музее бронетанкового вооружения и техники в Кубинке. Источник – comgun.ru



← Вернуться

×
Вступай в сообщество «servizhome.ru»!
ВКонтакте:
Я уже подписан на сообщество «servizhome.ru»